Читаем Мастер карнавала полностью

— Каппадокия, — пояснила Тансу, вернувшаяся с кухни. На ней был шелковый облегающий халат. — Место называется «Камины фей». Вам приходилось бывать в Турции? — Она присела на край кровати и передала ему чашку с кофе.

— Спасибо, — поблагодарил Фабель. — Нет, не приходилось… Послушайте, Тансу…

Она улыбнулась и приложила палец к его губам.

— Пейте кофе. Вам точно станет легче. Голова болит?

— Немного… Я не привык так много пить.

— В том-то и прелесть карнавала — можно позволить себе больше обычного. — Она решительно поднялась. — Мне надо принять душ. А вы пока завтракайте.

— Со мной все в порядке, — заверил Фабель. — Но мне лучше поторопиться. Я хотел купить что-нибудь для дочери. Кёльнский сувенир.

— Вы женаты? — поинтересовалась она, хотя было видно, что ответ ее совсем не интересует.

— Разведен.

— Вам повезет, если найдете открытый магазин. Попробуйте на Хоэштрассе — там должно что-то работать.

На улице было ясно и морозно, но на свежем воздухе головная боль постепенно стихла. В гостинице Фабель увидел, что весь персонал наряжен в парики и прицепил фальшивые носы. Ему пришла в голову крамольную мысль, что все местные жители просто не знают меры и не умеют остановиться вовремя. Ему захотелось вернуться домой, обратное Гамбург. Поговорить с Сюзанной и оставить все позади. Включая Тансу. Но сначала надо найти Марию и увезти с собой.

Он принял душ и надел свежую водолазку и вельветовые брюки. Его спортивный пиджак весь пропах сигаретным дымом, и он повесил его на шкаф проветриться, после чего накинул пальто и вышел. Он попытался дозвониться до Сюзанны, но, услышав автоответчик, повесил трубку, решив не оставлять никакого сообщения. Потом он позвонил Шольцу по мобильнику и договорился встретиться с ним в управлении полиции и пообедать вместе в столовой. Учитывая, как трудно в этот день было поймать такси, Шольц пообещал прислать за ним служебную машину.

Когда Фабель приехал в управление, его направили в гараж, где как раз монтировалась внушительная конструкция на колесах для участия в шествии. Шольц был занят горячей дискуссией с высоким худым полицейским в форме. Вернее, горячился один Шольц: полицейский, прислонившись к платформе на колесах, молча и уныло кивал.

— Чертов карнавал! — пробурчал Шольц, поздоровавшись с Фабелем. — Остались довольны вчерашней ночью?

Фабель внимательно на него посмотрел, стараясь уловить в его голосе нотки сарказма, но их не было, и Фабель мог только порадоваться, что Шольц исчез раньше и не мог знать о том, что они с Тансу оказались вместе.

— Еще как! Думаю, что мы все заслужили праздник. Вы готовы допросить Андреа Сэндоу?

— Давайте сначала перекусим.

По дороге клифту Фабель обернулся и бросил еще один взгляд на платформу.

— Похоже на какую-то средневековую боевую машину. В ней можно спрятать целую армию. Может, ваше шествие следовало назвать «Троянский конь»?

Лицо Шольца скривилось, ясно давая понять, что шутки по поводу полицейской колонны на карнавале явно неуместны.

— Сэндоу продолжает молчать. Так что не удивляйтесь, если мы снова потеряем время. Я уже договорился, что попозже подойдет психиатр, чтобы дать свое заключение.

В столовой они заняли столик у окна. Фабель заказал кофе и сандвич с ветчиной, но есть совсем не хотелось. Виной было похмелье, усугубленное отвращением к мясу, постепенно нараставшее по ходу следствия. Он посмотрел в окно, за которым бурлила странная жизнь чужого города. Он по-прежнему хотел домой, в Гамбург, но понимал, что обязательно сюда еще вернется. Обязательно. Побывав в Кёльне хоть раз, человек привязывался к нему на всю жизнь.

— Послушайте, Бенни, — сказал он наконец, — я выполнил свою часть сделки и помог поймать людоеда. Теперь очередь за вами. Я очень волнуюсь за Марию Клее, и, чтобы найти ее, мне нужна ваша помощь. И беспокоиться о конфиденциальности больше не нужно: я собираюсь обо всем рассказать в Федеральном ведомстве по уголовным делам. Если нам не удастся найти ее быстро, она окажется в лапах Витренко и тот убьет ее.

— Я уже этим занимаюсь, — с довольной ухмылкой сообщил Шольц. — Видите — я тоже выполняю свои обещания. Я направил полицейских во все гостиницы, дал им привезенные вами фотографии и предупредил, что она могла перекраситься в брюнетку.

— Спасибо, Бенни. Я тоже приступаю к поискам вплотную.

— Мне еще понадобится ваша помощь. По крайней мере на пару дней, пока мы будем допрашивать Андреа Сэндоу. Но это вряд ли займет много времени и помешает вести поиски Марии: не думаю, что нам удастся вытянуть из нее хоть слово.

После обеда они направились в допросную, куда доставили Андреа: ее волосы были гладко зачесаны назад, а лицо — чисто вымыто. Без косметики она еще больше напоминала мужчину. Вопросы задавал Шольц, но Андреа продолжала хранить молчание и не сводила с Фабеля тяжелого взгляда ничего не выражающих глаз. Через двадцать минут бесполезных расспросов полицейские сдались.

— Подождем, что скажет психиатр, — сказал Шольц. — Должен заметить, что Андреа, похоже, к вам неровно дышит. Как будто меня там вовсе не было.