Нет, Лакомка имела в виду не это. От него исходил страх. Страх для всех. Как от лесного пожара. Не запах дыма, не звук огня, но такое же чувство. В джунглях все бежали от него. Даже змеи и лягушки. Ей стало очень страшно.

«А Мишке?» — спросил я.

Мишка тоже испугался. Но совсем чуть-чуть. Он же такой тупой и здоровый… В эмоциях Лакомки была зависть, смешанная с легким превосходством. Зависти было больше.

М-да… Может, вернуться и поглядеть на двуногий «лесной пожар»?

Нет, пожалуй, не стоит терять время. Чует мое сердце: мы еще встретимся.

«Выпусти меня на берег», — попросила Лакомка.

«Не рискуй, — напутствовал я ее. — Будь ближе к Мишке».

Моя кошечка чересчур склонна к авантюрам. Ладно, Мишка за ней проследит.

Глава двадцать вторая

Чудеса местной техники

К моему немалому удивлению, в тот день нас так и не догнали. Вражеская флотилия по-прежнему висела у нас на хвосте, но дистанция не уменьшалась. Чтобы убедиться в этом, я раз десять гонял Марфу на разведку. Возможно, гребцы притомились. Но, скорее всего, задумали какую-нибудь гадость.

Всё оказалось просто.

Как и следовало ожидать, аборигены намного лучше меня знали здешнюю физическую географию.

Рёв водопада я услышал километра за три, но увидел его только к полудню, когда моя лодка выплыла на ровную гладь нижней «чаши».

Зрелище было внушительное. Лавина воды низвергалась с высоты примерно сотни метров, а сама скальная стена, воздвигшаяся над джунглями и преградившая нам путь, поднималась еще выше.

Еще я увидел аборигенов и не менее дюжины лодок, скопившихся внизу, неподалеку от водной стены. Еще одну лодку «поднимали на талях» человек десять. Наверху я разглядел целую систему блоков, предназначенных именно для «сухого» спуска и подъема.

Не раздумывая, я направил свою лодочку к «отстойнику».

— Эй, куда торопишься? — окликнули меня с крайней лодки, когда я проплывал мимо.

— Тороплюсь, — коротко бросил я, не вступая в дискуссии.

У подъемника четверо аборигенов готовились к подъему. Их лодка (раз в пять больше моей) уже была разгружена. Хозяева выволокли ее на берег и обвязывали канатами.

Я определил главного (высокий мускулистый дедушка с окладистой седой бородой, который ничего не делал, только командовал) и двинулся прямо к нему.

— Обмен, — сказал я. — Вы поднимаете мою лодку. Сейчас. А это становится вашим.

Я разжал кулак. На моей ладони лежала железная чешуйка.

Видимо, цена оказалась подходящей, потому что дедушка невероятно оживился.

Его подручные зароптали было, но дедушка рявкнул свирепо — и работа закипела. «Очередь» тоже не выразила радости: я ловил на себе угрюмые взгляды, но делал вид, что не замечаю недовольства. Тем более что громко протестовать никто не посмел. Авторитет дедушки был непререкаем. Кстати, я обратил внимание, что дедушка не очень похож на тех аборигенов, которые встречались мне раньше.

Такой же смуглый, он был крупнее и коренастее, да и черты лица у него были немного другие. А уж такой качественной бороды я не встречал с тех пор, как вернулся с Земли-Исходной.

Лодочка моя весила килограммов тридцать — намного легче, чем другие суда, так что я решил подниматься прямо в лодке. Собственно, взобраться наверх можно было и самому: пока мое суденышко крепили, один из аборигенов как раз вскарабкался вверх по скале. Но лезть наверх с Вандой на закорках мне не улыбалось, а оставить ее одну в лодке было бы жестоко.

Наверху закончили подъем предыдущего судна и сбросили вниз два троса с крюками.

Каждый из тросов выглядел солидно, но два все равно лучше, чем один. Тем не менее я лично проверил все узлы и только после этого вручил дедушке чешуйку.

Подъем начался. Сначала всё шло прилично. Нас даже почти не раскачивало, потому что снизу к лодке тоже был прикреплен канат, которым оставшийся внизу дедушка умело гасил колебания «груза».

Когда мы поднялись выше древесных макушек, открылся прекрасный вид на джунгли и петляющую в зеленой массе речушку, впадающую в далекое озеро. Лодки наших преследователей были значительно ближе. Они шли компактной группой, энергично работая веслами. Очень вовремя мы начали подъем. Вражеской флотилии оставалось до водопада не больше километра. Я видел головы и плечи гребцов, видел крошечную фигурку на носу «флагмана». Лица разглядеть я не мог, но не сомневался, что впередсмотрящий меня видит. Более того, зрение (а может, интуиция) у него оказалось даже лучше, чем у меня: он вдруг замахал рукой — и «лапки»-весла задвигались еще проворнее.

«Поздно ловить мышей, дружок, — подумал я злорадно. — Припозднился ты к мышеловке».

Однако всё пошло не так гладко, как я предполагал.

Подъем завершился. Почти завершился. Мы закачались на блоке примерно в десяти метрах от площадки, на которой был установлен подъемник.

Осталось только подтянуть нас поближе и поставить на твердую землю.