Читаем Маскарад со смертью полностью

– Наверное, воробей спасается от кошки, – постарался успокоить вдову присяжный поверенный. – А что потом?

– Ну, я занялась этим делом с огромным желанием. Посещала разные выставки: в Москве, Петербурге, Нижнем и даже ездила в Ригу. С Вениамином я быстро нашла общий язык, но с мужем отношения у них не сложились. Супруг все чаще говорил, что скоро им придется делить мастеров. Доршт как-то сказал, что он слишком много сил отдал этому делу и не позволит его сгубить, растаскивая лучших умельцев. Соломон всегда хотел получить быструю прибыль и совсем не думал о нашем собственном ювелирном имени. А мы уже только в этом году приняли участие в двух выставках, в Екатеринодаре и Ростове, под собственной маркой.

– И как же она называется?

– Ювелирный торговый дом «Южный крест». У нас даже есть собственное клеймо, состоящее из буквы «Ю» и креста.

– Премного благодарен за подробности. К сожалению, тот, кто убил вашего мужа, еще находится на свободе и потому очень опасен, а значит, ожидать от этого человека можно чего угодно. Надеюсь, в скором времени преступник предстанет перед судом. Во всяком случае, я постараюсь этому поспособствовать. Однако считаю своим долгом предупредить, что в данный момент вам необходимо соблюдать некоторые меры предосторожности: на ночь обязательно закрывайте ставни, а двери непременно затворяйте на засов. Горничную пока домой не отпускайте. Пусть ночует у вас. Без надобности из дома не отлучайтесь, а если такая необходимость появится, то следуйте в сопровождении прислуги. Нумер моего телефона: 1-27. Если вам кто-либо назначит встречу или протелефонирует и куда-то вызовет, обязательно сначала известите об этом меня. Но самостоятельно никаких шагов не предпринимайте. Ну и о том, что я забрал предметы, переданные вам властями, говорить кому-либо пока не стоит. А если ими опять заинтересуется полиция, скажите, что выбросили их вместе с мусором. Вот, пожалуй, и все… Так… Постойте… Если я не ошибаюсь, вы только что упомянули о том, как отправляли телеграмму на почте для каких-то ювелиров в Париж, не так ли?

– Ну да. Для тех, которые должны были приехать потом московским поездом, по-моему, в начале этого месяца, наверное, первого числа.

– Скажите, а кто мог знать об их приезде, ну, конечно, кроме вас и теперь уже покойного вашего мужа?

– Не знаю. Да, наверное, никто. А что?

– Нет-нет, ничего. Так, знаете, просто некоторые размышления, извините. Вот теперь позволю себе откланяться. Разрешите еще раз принести вам мои соболезнования.

Клара благодарно кивнула и подумала: «Вот уж кому повезло, так это его жене. Еще бы! Спокойная и богатая жизнь за спиной такого приятного, состоятельного и воспитанного человека. Разве таким изменяют? – И сама же ответила: – И таким тоже, но только полные дуры».

Адвокат прошел в переднюю, взял трость, слегка поклонился и вышел. День еще не уступил место сумеркам, и солнце хотя и опустилось ниже верхушек старых вязов и лип, но все еще грело и без того не остывшую от зноя землю. На Николаевском начался неспешный променад беззаботно гуляющей публики. О недавнем убийстве старались не вспоминать, и поэтому городские власти распорядились убрать ту злосчастную лавочку. Другую поставили в пяти саженях выше.

Еще находясь в кабинете Жиха, Ардашев понял хитрый замысел Соломона, и теперь оставалось лишь опытным путем подтвердить предположение. Обосновавшись на кухне, Клим Пантелеевич попросил жену и горничную его не беспокоить и с увлечением принялся за дело.

Прежде всего, он зажег керосиновый примус, поставил на него небольшую сковороду, куда и выложил все содержимое коробки монпансье «Георг Ландрин», переданное ему Кларой Жих. Помешивая деревянной ложкой, адвокат вскоре увидел, как, постепенно растекаясь по поверхности, плавилась карамель, а из нее возникали драгоценные камни удивительной огранки – один прекраснее другого: рубины, сапфиры, изумруды, гранаты и топазы.

Присяжный поверенный высыпал содержимое в тарелку, обмыл водой и, переложив на полотенце, дал бесценным творениям природы обсохнуть. Затем он распечатал сургучную пробку пузырька под названием «Капли от мигрени», вылил жидкость на блюдце, понюхал… и ничего особенного не обнаружил – обычная микстура.

Стройная и последовательная версия внезапно «разбилась» об эту маленькую злосчастную бутылочку лекарства.

Оставаться на кухне больше не было никакого смысла, и присяжный поверенный определил драгоценные камни в ту же пустую жестяную коробочку и, прихватив пузырек, вернулся в кабинет.