Читаем Маска Смерти (СИ) полностью

Лита и Олес синхронно хмыкнули, и двинулись к уборным. Пожав плечами, я пошел за ними следом. Хотя мне хотелось послушать выволочку адептов курса в исполнении лорда-некроманта… настоящего мастера в этой дисциплине.

Зачет по философии хочется выделить отдельно от всего. Профессор, каждый раз словно пребывал в «воодушевленном» состоянии. Каждый опрошенный им на зачете буквально готов был придушить профессора за его обороты речи. Хотя, до дуэли, конечно, не доходило.

— Итак, молодой человек, что вы скажете о «сущем» нашего с вами мира?

— Думаю, что оно так же неопределенно и непостоянно, как и сам мир. — Пожал я плечами.

— Хороший ответ — «непостоянство». Приведите мне какой-нибудь тезис противоречия.

«Хм-м, можно попробовать про камень».

— Хорошо, профессор. Аналогию использовать можно?

Профессор кивнул, от чего кисточки на его четырехугольном головном уборе закачались.

— Представьте что вы, бог. Бог-созидатель. Скажите профессор, вы можете создать камень, который не сможете поднять?

Во взгляде профессора, впервые за все время экзамена, зажегся огонек интереса.

— Если я бог… то, конечно, смогу! Но в чем тогда противоречие?

— Если вы создаете камень, который не можете поднять, то какой вы тогда бог?

В одной из прочитанных книг на тему философии из тех, что послал мне отец, таких тезисов было море, но этот повторялся довольно часто.

Профессор нахмурился и, вертя в руке длинное перо кокой-то южной птицы, что-то бормотал себе под нос. Наконец, он посмотрел на меня и спросил:

— И каков же ответ в вашем тезисе?

— Его нет, как такового — сам тезис и есть противоречие.

После чего профессор еще десяток-другой минут опрашивал. Под конец, запутавшись сам, он ответил:

— Девять баллов! Жду вас на втором курсе на факультативы, у вас интересные идеи молодой человек. — Произнес профессор философии Энгорс и, кажется, потерял ко мне интерес.

Результаты сдачи отражались не только на жетонах-зачетках, но и на соседнем с расписанием стенде. Там я и наткнулся на Тиаль. Эльфийка наконец пришла в себя, но держалась слегка отстраненно.

— Курт. Ты не видел Олеса?

Я покачал головой, ибо Олес, первым сдав экзамен по философии, покинул аудиторию.

— Наверное, в кафетерии — он пропустил обед. Какое-то глупое суеверие — дескать, это как-то чем-то поможет сдаче экзамена. А что, что-то случилось?

— Да, сейчас мне выдали предписания по практике… Я не смогу с вами поехать…

— Я…

— Нет, дело совсем в другом. Предписание оформили на Крепость Тагаран. Это форпост. Замок поставлен, чтобы разделять границы темных и светлых эльфов. Так же является пересылочным пунктом войск при нападении на Великий Светлый лес. Это границы не только людей и эльфов, но и великой степи, где кочуют племена орков.

«Теперь понятно. Эльфы… Светлые и темные до смерти ненавидят серых, и терпят их только на имперских землях, ну и землях иных стран».

— Я поменялась с подругой. С вами поедет Лисар. Баронесса Лисарионна де Винолл моя подруга и соседка по комнате.

На лице серой проступило виноватое выражение.

— Ладно, я побежала, скоро моя очередь заходить на экзамен.

— Удачи, — произнес я уже в спину удалявшейся Тиаль.

Девушка, повернувшись, благодарно кивнула, после чего скрылась в арке, ведущей на лестничный пролет.

Честно говоря, мне начинает не хватать наших вечерних посиделок с Тиаль.

Олес когда узнал про назначение на практику, долго ругался. Как я понял из его объяснений, нас отсылали в самую, что ни на есть, дыру. Крепость, как выразился Олес, по словам его отца — место настоящего сброда. Туда ссылали неугодных, ибо это — граница «листоухих» и зеленых, а потому там многое может произойти.

Постоянные стычки между светлыми и темными, у которых перемирие было во многом только на бумаге — на деле они постоянно «щипали» друг друга. Притом, далеко не из спортивного интереса — нередко крайней в этих стычках оказывались империя.

До отъезда оставался месяц, за который нам давалась возможность подготовиться к практике. Правда, на выход в город для того, чтобы «закупиться», разрешения не давали. Но тут на помощь пришла так называемая подруга Тиаль. Лисар, или же Лисарионна де Винолл, обладающая особо вспыльчивым и самовлюбленным характером, урегулировала все очень просто — взяла составленные списки и деньги и отправила пару сокурсников, чтобы те закупили все, что «ей» нужно в дорогу. Вечером того же дня все, что было в списке, было у нас. Приобрели даже необязательные мелочи!

Думаю, не нужно пояснять, что все, что собирался тащить с собой Олес, он затолкал в мою в дорожную сумку.