Читаем Маска Локи полностью

— Ну да, ясно. Но все же это тот самый Харри Фрайди, верно? Человек, возглавивший восстание поселенцев в Хайфе, а позднее похитил водородную бомбу в Хан Юнисе?

Итнайн помолчал.

— Да. Но это были подвиги моего господина в молодые годы — по вашему счету.

— А теперь он действует в Штатах?

— Как и все мы.

— И ему зачем-то нужен я.

— Да, зачем-то нужен, — согласился Итнайн.

Затем он отвернулся к своим людям и отдал торопливые команды по-арабски, используя множество жаргонных слов и военных терминов, из которых Гарден почти ничего не понял. Он уловил слова «ракета» и «дальность», но и без этого можно было бы догадаться о характере приготовлений, как только террористы раскрыли длинный ящик размером с приличный мужской гроб.

В тумане мерцало белое эпоксидное покрытие ракеты «Си Спэрроу». В глубине ящика скрывалась труба ручного пускателя.

Гарден слышал об этих ракетах. Боеголовка содержала высоковольтный конденсатор, аргоно-неоновую лазерную трубку, включающуюся при повышенном уровне энергии, разделитель потоков и стеклянную гранулу размером с рисовое зерно. В грануле была заключена смесь трития и дейтерия. При контакте с целью, конденсатор загорался; лазер заряжался, испуская луч высоко-энергетических когерентных фотонов; разделитель расщеплял луч и направлял его таким образом, что он бил в гранулу с трех сторон; внешняя поверхность стекла мгновенно испарялась, внутренняя сжималась и нагревала смесь изотопов водорода, пока она не взрывалась, превращаясь в гелий. В результате получалась крошечная водородная бомба.

Взрывная сила инерционно-термоядерной боеголовки была ничтожна, эквивалентна тактической ручной гранате, ее едва хватало на то, чтобы разрушить переднюю часть оболочки ракеты. Но взрывная сила и не была целью. Электромагнитный импульс от этого маленького ядерного взрыва создавал наведенное напряжение, которое сжигало всю электронику в определенном радиусе, обычно около 1000 метров. Все, кроме высокозащищенных датчиков и электроники вспыхивало как игорный автомат в Атлантик-Сити на джекпоте — и затем выключалось навеки.

На испытаниях одна-единственная «Си Спэрроу», упавшая в сотне метров от цели, заставила ракетную подлодку класса «Огайо» водоизмещением 15 тонн плавать по спирали, при этом ее пусковые устройства были направлены в разные стороны, а реактор работал в неконтролируемом режиме плавления. Наблюдавшие за этим адмиралы единогласно проголосовали за то, чтобы эвакуировать судно и уничтожить его ядерными торпедами. И все это из-за одной единственной шестикилограммовой ракеты, выпущенной вручную с резиновой лодки.

— Что вы собираетесь с этим делать? — спросил Гарден.

— Вывести из строя сторожевую собаку.

— Ну да, собаку… А как насчет электроники на станции?

Итнайн пожал плечами. «Она вне радиуса действия. А даже если и достанет, электроника там должна быть хорошо экранирована, так как подобные происшествия могут случиться на станции».

— Должна быть… — повторил Гарден.

Человек, с которым Итнайн разговаривал, осторожно достал ракету из ящика. Он выдернул черный вымпел (днем он, наверное, был красным), прикрепленный к предохранителю спускового рычага. Один боевик держал пусковое устройство вертикально, другой опустил в него ракету, отжав этим рычаг и прикрепив боеголовку. Затем двое водрузили спускатель на плечо первого человека и оттянули инерционные распорки.

Тот повернул выключатель на панели около щеки, зажглись красные и зеленые диоды. Он направил пускатель на ограду, прижал глаз к лазерному видоискателю и зацепил коричневый палец за спусковой крючок.

Том Гарден попытался представить, что он там видит. Забор мало походил на мишень. Может быть, он целился в собаку?

Когда человек выстрелил, Гарден успел подготовиться. Он нагнулся и закрыл глаза, чтобы серебристо-желтая вспышка твердого топлива не ослепила его. Облако едкого дыма пронеслось мимо. Он так и не увидел взрыва боеголовки. Единственное, что ему хотелось бы выяснить — не стер ли электромагнитный импульс коды с его удостоверения и кредитной карточки.

Впрочем, это уже было неважно. Если его арестуют как сообщника при захвате термоядерной электростанции, ему уже вряд ли понадобятся какие-либо удостоверения.

Пока террористы моргали полуослепшими глазами, Гарден скользнул в сторону, к грузовику. Если его система зажигания не попала в радиус действия боеголовки — а Итнайн должен был проявить достаточно сообразительности, чтобы разместить машины подальше, — то Гарден смог бы сбежать от своих похитителей.

Он тихо приоткрыл дверь, проскользнул на сиденье и начал нащупывать клавиатуру на панели управления.

Бирр-бирр, бирр-бирр.

Это был телефон сотовой связи. Гарден не обратил на него внимания.

Наконец он нашел клавиатуру. Начал вводить единичный сигнал семь раз подряд. Это была негласная договоренность водителей, код, который использовался большинством в тех случаях, когда машиной пользовались несколько человек, а также для того, чтобы преодолеть антиалкогольную блокировку.

Бирр-бирр, бирр-бирр.

Что-то в самой глубине сознания Тома Гардена приказало ему взять трубку.