Читаем Маска Локи полностью

Том Гарден выбрал двойное сиденье посередине вагона и сел с краю, готовый к нападению. Может, было бы лучше остаться на ногах возле двери. Но Гардену не хотелось изображать из себя мишень. Кроме того, до ближайшей остановки было восемь километров тряской езды.

Когда поезд подъехал к Барнегату, Гарден оглядел платформу, и сердце его упало. Шестеро мужчин в камуфляже ждали плотной группой. Когда поезд замедлил ход, они распределились, чтобы заблокировать двери трех вагонов.

Как они узнали, что он поедет этим поездом?

Новое гибкое сознание Гардена мгновенно решило задачу: у помощников Александры и там, в доме на берегу, и здесь, на материки, были рации. Ей нетрудно было предвидеть, что любой житель Босваша (она, в конце концов, была одним из них), которому надо быстро уехать, сядет на подземку. Исходя из этого она разместила свою команду на первых остановках в обе стороны от Уэртауна, который был ближайшей станцией от места исчезновения Гардена.

Если точно знать, по какой тропинке побежит лисица, можно просто перерезать ей путь. И не надо тогда преследовать ее по грязи и бурелому.

Когда открылись боковые двери, трое мужчин вошли в вагон и встали по боками сиденья. Их спутники тут же перешли через соединительные двери из соседних вагонов. Все шестеро плотно окружили сидящего Гардена. Один из них заговорил.

— Добрый день, мистер Томас Гарден.

Это был Итнайн, палестинский боевик, который однажды спас ему жизнь, человек с фортепианной струной.

— Мы получили приказ доставить вас живым и относительно невредимым, сэр. Мои люди и я поклялись исполнить этот приказ в точности. Мы знаем о вашем опыте в боевых искусствах. Вы можете вывести из строя одного или двоих из нас прежде, чем мы справимся с вами, но в конце концов преимущество будет на нашей стороне. Я, однако, верю в то, что ваша порядочность не позволит вам убивать людей, которые готовы положить свои жизни за то, чтобы сохранить вашу. Могу ли я попросить вас пройти с нами тихо, без сопротивления?

Мозг Гардена оценивал шансы. Шесть к одному не в его пользу, учитывая, что эти шестеро — преданные фанатики. Боец класса Гардена может вырубить троих, даже четверых противников, но один из них обязательно сломает его защиту и повалит. И тогда из него сделают отбивную.

Да, но ведь Итнайн только что сказал, что они не убьют его, что они готовы сами дать себя убить ради того, чтобы «доставить его» на место. Обозначить таким образом свои цели и намерения было стратегическим просчетом Итнайна. Если бы Гарден отважился принять его слова на веру, то информация об их добровольном воздержании от членовредительства может свести их шансы один к одному.

Так что команда Итнайна вынуждена будет терпеливо подставлять себя под его удары. Или же попытаться как-то утихомирить его.

И тут он осознал скрытый смысл вступительной речи Итнайна. Тому Гардену придется убить или крепко покалечить шесть здоровых мужиков, чтобы обеспечить себе свободу. А где-то там за ними, на линии, поджидает еще шесть, дюжина, сотня. Он изойдет кровавым потом, даже просто переламывая их по одному.

Лучше оставить мысли о сопротивлении и идти тихо. «Ладно, — сказал он. Теперь он сидел, расслабившись и улыбаясь.

Двери закрылись, поезд тронулся.

— Пропустили остановку, ребята, — заметил Гарден.

Боевики не шелохнулись, лишь покачивались слегка в такт движению поезда, набиравшего скорость.

— Мимо следующей станции этот поезд не проедет, — сказал Итнайн. — Мои люди будут нас встречать там.

Когда поезд подъехал к Манахокину и начал сбрасывать скорость, Гарден подвинулся к краю сиденья, поставил ноги в проход и встал. Инстинктивно он откинулся назад, сопротивляясь толчкам тормозящего поезда. Внутренний голос подсказал ему, что если сейчас броситься вперед вдоль прохода прямо на троих конвоиров в передней части вагона, то торможение поезда придаст броску ускорение примерно на шестьдесят процентов и на столько же увеличит силу удара. Он ясно представил себе и ощутил всем телом этот рывок, прыжок и… падение.

Гарден отбросил и эту мысль. Этих-то можно одолеть. Можно даже выскочить на платформу. Но другие будут просто спокойно поджидать его там.

Он поплелся, еле передвигая ноги, к передней части вагона. Когда дверь открылась, боевики окружили его полукругом и вывели на платформу.

Они спустились по лестнице вниз, где их ждал черный фургон с распахнутой задней дверью. Двое в камуфляже ждали по обе стороны этого темного проема. Они держали оружие наизготовку.

Гарден в сопровождении Итнайна приблизился к фургону, слегка улыбаясь и немного подняв руки в знак того, что он безоружен.

Охранник слева поднял свое оружие — пистолет с огромным стволом, как у дробовика, — и выстрелил Гардену в грудь.

Тот машинально взглянул вниз, чувствуя, как холодная жидкость потекла вниз из раны, и ожидая увидеть пузыри крови и осколки белой кости. Вместо этого он увидел пучок красных и желтых… волос. Это было шелковое оперение стрелы. Из груди торчал серебристый шприц, накачивая прямо в сердце какое-то снадобье — яд? наркоз? снотворное?