Читаем Маска юности полностью

Я уехала без предупреждения, и теперь меня закидывали тонной сообщений в попытке выяснить, куда я делась. Пришлось изобретать душещипательную историю о том, что мой папа попал в больницу в Нью-Йорке, и мне пришлось срочно ехать туда. Вроде бы все поверили, но теперь справлялись ещё и о его состоянии. И боже, вы даже представить себе не можете КАК много пишут подростки! Когда я виделась с девчонками каждый день, мне писали гораздо реже. А теперь еще и Райан повадился скидывать мне смешные картинки и мемы. Вернее, это он считает их смешными, моё чувство юмора перед ними пасует. Хотя думаю, что дело в нервах. Из-за всей этой медицинской недосказанности я не могу нормально есть и спать.

Приём у доктора Ли закончился как раз перед обедом, и мы договорились с моими друзьями встретиться в кафе неподалеку от офиса. К моему приходу Чед уже заказал мой любимый салат и кофе, и флегматично жевал свой. Лидия, как обычно, опаздывала.

– Привет, красавчик! – поприветствовала я Мендеса и чмокнула его в щеку.

– Сэм, ты поосторожней с этим, – отреагировал мужчина и огляделся по сторонам. – Не забывай про свой возраст, пожалуйста. Я не хочу разбираться с полицией из-за какого-нибудь бдительного гражданина.

– Извини, всё время забываю от этом. Особенно когда я не в школе, – я уселась за стол и накинулась на салат. Есть хотелось дико!

– Что сказал мистер Ли? – поинтересовался Чед, ковыряя свою еду.

– Ничего, как всегда. Только запугал в своей обычной манере. Неужели Портера не замучили постоянные жалобы от девчонок? Ему давно пора взять в штат милую женщину гинеколога. Всем бы от этого стало лучше.

– Бюджет нерезиновый, – процитировал друг шефа.

– Да-да! – отмахнулась я. – Ты лучше скажи, чем таким все были заняты, пока меня не было? Неужели так сложно было заглянуть в моё дело раньше?

– Пенни подстрелили, – буднично сообщил Чед.

– Что? – я поперхнулась кофе. Пенни была очень милой девушкой, одним из немногих полевых агентов, с которыми мы поддерживали контакт в обычной жизни. – Боже, когда? Почему мне никто не сказал? Мы же разговаривали каждый день!

– Она работала переводчиком у одного бизнесмена. И тот взял её на деловую встречу с покупателем. Им оказался Луи Монцони, довольно известный торговец оружием из Италии. В переговорах что-то пошло не так. Случилась перестрелка. Её ранили. А дальше у всех паника, потому что они были в Европе. И оперативно вытащить её оттуда у нас не получалось. А местные контакты оказались не готовы к таким форс-мажорам.

– Она жива? – у меня сердце ушло в пятки. Вот тебе и непыльная работёнка переводчиком.

– Да. Но работать у нас больше не сможет. Ей пришлось сделать переливание крови. Много крови. Были задеты какие-то жизненно важные органы. Короче, говорят, уровень ваших дурацких метаморфинов снизился до критической величины. Хорошо хоть блокатор подействовал.

– Но у нас же на этот случай свой банк крови. С её собственной или нашей, на худой конец. Чтоб метаморфины оставались в норме.

– Я же говорю, дело было в Италии. В местной больнице. Ждать было некогда. Не оставлять же её умирать.

– Кошмар! – я побледнела и закрыла лицо руками. Это ведь и правда кошмар. Пенни никогда не работала на опасных контрактах, потому что была одним из самых небоеспособных агентов. И так попасть!

– Так что прости, что руки до тебя не дошли. Нам позвонили как раз через пару дней после твоего отъезда. Тут весь офис на ушах стоял. Она позвонила Калебу из кармана, когда поняла, что встреча идёт не по плану. И он всё слышал. И как она стонала, и как едва слышно успела адрес назвать. Он теперь ходит к психологу. И тоже пока вне обоймы.

Я покачала головой, не веря своим ушам. Калеб – куратор Пенни. И парню всего двадцать лет. И ничего удивительного, что ему теперь предстоит долгое время ходить к психологу. Слышать, как умирает твой подопечный – не входит в предел мечтаний любого возраста.

– Привет, голубки! – Лидия ворвалась вихрем в кафе. Всех обняла, поцеловала и плюхнулась на свой стул. – Чего Сэм такая бледная? Сегодня здесь лучше ничего не есть?

– Я рассказал про Пенни, – тихо ответил Чед.

– Тогда всем яблочного пирога за мой счёт, – постановила Бин и умчалась за стойку делать заказ.

– Сэм, ты, конечно, прости, но приехать было верным решением, – мужчина проследил глазами за убежавшей подругой и вновь повернулся ко мне. – Я знаю, что ты не любишь врачей, но обследоваться стоило. Ты правда стала более эмоциональной. Это на тебя не похоже.

– Чед, а как по-другому? Ты ведь знаешь, какой это стресс для меня! Я ведь рассказывала про свою школу.

– Я знаю. Но для тебя каждое задание стресс. Ты каждый раз психуешь в самом начале, когда приходится вливаться в новый коллектив. Но не так. Ты не плакала на моей памяти никогда. Только орала и материлась. А это большая разница.

– Ладно, – недовольно поджала я губы. – Я уже тут. И уже жду результатов.

– Вот ваши эндорфины, – Лидия поставила на стол кусочки пирога. – Что я пропустила?