Читаем Маска Димитриоса полностью

НЕЗАВИСИМЫЙ ТРИБУНАЛ

По приказу командующего гарнизоном города Измир, действуя в соответствии с постановлением, провозглашенным в Анкаре в восемнадцатый день шестого месяца 1922 года по новому летоисчислению.

Сводка улик, полученных для заместителя президента трибунала, майора бригады Зиа Хаки, шестого дня десятого месяца 1922 года по новому летоисчислению.

Еврей Закари подал жалобу на негра, Дхриса Мохаммеда, упаковщика инжира, в связи с убийством кузена Шолема.

На прошлой неделе патруль шестидесятого полка обнаружил тело ростовщика Шолема, еврея, обратившегося в мусульманство, с перерезанным горлом в комнате на улице без названия возле старой мечети. Хотя этот человек не был правоверным и не обладал хорошей репутацией, наша бдительная полиция начала следствие. Обнаружилась пропажа денег.

Спустя несколько дней истец Закари сообщил коменданту полиции, что человек по имени Дхрис сорил деньгами. Он удивился, так как знал, что Дхрис бедняк. Когда тот напился, стал хвастать, что еврей Шолем дал ему денег без процентов. И когда Закари узнал от родственников о смерти Шолема, он все вспомнил.

Абдул Хакк, владелец бара «Кристаль», подтвердил, что у Дхриса были греческие деньги, порядка нескольких сотен драхм, и он правда хвастал, что получил их без процентов от еврея Шолема. Что показалось странным, так как Шолем был скуп.

Это слышал также рабочий дока по имени Измаил, о чем дал свидетельские показания в письменном виде.

Когда убийцу стали допрашивать, он сначала все отрицал: ни денег, ни Шолема в глаза не видел. Он объяснил, что еврей Закари его просто ненавидит за то, что он правоверный. А Абдул Хакк и Измаил также солгали.

Когда заместитель президента трибунала допросил его по всей строгости, он признался, что деньги у него были, их дал Шолем в обмен на какую-то услугу. Но на какую услугу, объяснить не смог. Обвиняемый стал волноваться и вести себя странно. Он отрицал, что убил Шолема, и, богохульствуя, призывал Истинного Бога в свидетели своей невиновности.

Заместитель президента отдал приказ о повешении, а все члены трибунала согласились, что приговор вынесен законно и справедливо.

Закончив читать страницу, Латимер поднял глаза на Мышкина. Русский уже проглотил весь абсент и теперь изучал стакан.

— Отличная вещь, — сказал он, — этот абсент. Так освежает.

— Еще выпьете?

— Если вы не против. — Он улыбнулся и указал на документы в руке Латимера: — Все в порядке?

— Да, похоже. Вот только в датах небольшая путаница. К тому же нет отчета врача и попытки установить время убийства. Да и доказательства мне кажутся на удивление неубедительными. По сути, доказано ничего не было.

Мышкин удивился:

— А зачем что-то доказывать? Виноват-то негр. Так лучше повесить его.

— Понятно. Ну, если вы не возражаете, я продолжу просматривать бумаги.