Дебора рывком распахнула дверцу, скользнула на сиденье, стукнувшись коленкой о дверную раму, и сунула ключ в зажигание. Один быстрый поворот, и замки снова защелкнулись, двигатель заработал.

Слава Богу.

Дебора включила фары и повернула на несколько футов, чтобы осветить дорожку и железные ворота. Пятно света выхватило из темноты сочную зелень камелии и темно-красные кирпичи. И белую мужскую руку, вцепившуюся в кованое железо.

Рука была видна не больше секунды, потом она выпустила металл и исчезла в укрытом листьями коридоре. Ворота слегка задрожали на петлях.

Дебора дала задний ход, одновременно набирая номер на сотовом телефоне.

Глава 12

Полицейский поморгал фарами служебной машины, давая знак подъехать к дверям музея. Она вошла, стараясь глубоко дышать, чтобы успокоиться, взять себя в руки перед неизбежными объяснениями.

Ее ждали в фойе возле тираннозавра и корабельного украшения в виде женщины-дракона. Дебора ожидала увидеть только полицейских, но два детектива все еще были на месте. Как и Тони. Когда Дебора вошла, раскрасневшийся Кин бросил на нее сердитый взгляд.

— Вы унюхали кого-то в квартире? — Он голосом выделил это слово. По крайней мере они знают все, что она рассказала диспетчеру. Деборе не хотелось повторяться.

— Да, я почувствовала, что там кто-то есть.

Она посмотрела на Тони. Неясно, допрашивают ли еще уборщицу или с ней уже закончили. Чернокожая женщина резко отвернулась, показав седеющую косу, однако Дебора успела заметить взгляд, совершенно ясно говоривший: «Драгоценной мисси нужно побыть одной? Да пожалуйста».

— Можно попросить чашечку кофе? — спросил Кин.

Дебора ожидала услышать возмущенную тираду, но ее не последовало. Тони просто пожала плечами.

— Вряд ли вы дадите мне сегодня нормально работать, — сказала она. — Вам с сахаром и сливками?

Кернига повернулся к мерзкой носовой фигуре, оглядел ее.

— Вот так красотка, — пробормотал он.

— И не говорите, — отозвалась Дебора. Потом, немного успокоившись, добавила: — Ричард хотел ее отреставрировать. По-моему, она похожа на обложку альбома группы «Уайтснейк».

— Мне нравится, — решил Кернига и усмехнулся, вытаскивая блокнот из внутреннего кармана.

— Десятка — и она ваша, — хмыкнула Дебора, усаживаясь за свой стол. — Наверное, мне надо рассказать вам о человеке в моей квартире?

— Вообще-то нет, — ответил Кернига. — Если вам нечего добавить к тому, что вы рассказали по телефону...

Дебора выдохнула:

— Пожалуй, нечего.

— Вы его не видели?

— Только руку на ворогах.

— Белый?

— Да.

Кернига постучал шариковой ручкой по обрезу блокнота:

— Давайте еще поговорим о музее. Может, в офисе?

Она провела его мимо информационной стойки и уборных к книжному магазину (на самом деле это была сувенирная лавка, но по настоянию Ричарда торговали там в основном книгами) и примыкающему офису. Там стояли пара письменных столов с компьютерами, принтер, два телефона и книжный шкаф. Большую часть комнаты занимали овальный стол полированного красного дерева и восемь стульев.

Вошел Кин, буркнув что-то неразборчивое одному из полицейских у дверей. На Дебору он не смотрел.

— Рассказывать особо нечего, — сказала Дебора, наблюдая за тем, как Кин с кислым видом рассматривает стены офиса, скользя взглядом по плакатам доколумбова искусства и местным фотоэкспонатам вроде портрета министра, листающего «Плейбой». — Ричард был местным покровителем искусств и образования...

Кин фыркнул. Дебора посмотрела на него.

— Что-то застряло в горле, — отмахнулся Кин с безрадостной улыбкой.

— Он всегда высоко ценил искусство, культуру и образование, — осторожно продолжала Дебора, — и решил открыть небольшой музей. Вход бесплатный. Собрание было довольно... хаотическим.

— Эротическим? — ухмыльнулся Кин.

— Хаотическим, — повторила Дебора. — Беспорядочным.

— О, — произнес Кин. — Жалко.

Дебора повернулась к Керниге:

— Ричард выставлял все подряд. Всякую всячину, собранную отовсюду, распихали по старомодным витринам без всякого порядка. Кое-как. Уйдя на пенсию, он решил, что требуется более серьезный подход. Учредил совет попечителей, нанял куратора...

— Вас, — сказал Кернига.

— Не первой, — ответила она. — Я третья. Проработала здесь всего три года.

— И вы приехали из...

— Я делала здесь дипломную работу, — ответила Дебора. — Родом я из Бостона, а училась в Нью-Йорке.

— Ага, то-то у вас выговор какой-то тамошний. — Кин подчеркнуто по-южному растягивал слова. — Я-то думал, это просто образование...

Дебора не знала, что сказать. Полицейский невзлюбил ее с первой встречи.

— С тех пор я старалась расширить и упорядочить коллекцию, — продолжала она, пытаясь сосредоточиться на деле. — В общем-то с этим и было связано вчерашнее мероприятие. Сбор средств. Мы планируем привезти собрание кельтских древностей...

— Как мило, — презрительно бросил Кин. — А не хотите дать нам список гостей со вчерашней вечеринки?

— Мы тут подумали, — объяснил Кернига извиняющимся тоном, — не мог ли кто-то из гостей остаться или вернуться.

Деборе понадобилась секунда, чтобы осознать, что он говорит. Никого не беспокоит, что Ричард умер. Их беспокоит, что он убит.