Читаем Маска полностью

— Размышляю о несовершенстве мира, господин Аволик.

Он профессионально понимающе улыбнулся и немедленно перешёл к делу.

— Полагаю, теперь можно поговорить и о нашей с вами сделке, митан.

— Правда? Я всё ещё не знаю, чего хочу…

— Будем откровенный. Вы сказали, что ваш мир перевернулся, но как это повлияло на ваши цели? Вы отказались от прежних стремлений? Вы решили бросить своё дело?

— Нет.

— Вы всё ещё слуга Мескии?

— Да.

— Чего и следовало ожидать от тана л'Мориа, о котором я так наслышан. Теперь вы знаете, что не только крутой вираж истории ожидает ваше мироздание в скором будущем, но и голодная Темнота. Теперь вы имеете знание о множестве вселенных, раскиданных в великой Пустоте и ваши амбиции тэнкриса наверняка стремятся достигнуть новый горизонт перспектив.

— Не говорите со мной так…

— Как тэнкрисы привыкли говорить с прочими, менее высокородными обитателями их мира? Больше не буду. Заключим предварительную сделку на гибких условиях, без применения моего Великого Дарования. Вы не знаете, чего хотите, я же могу лишь догадываться об этом. Однако я точно знаю, что нужно мне и почти уверен, что рано или поздно это что-то окажется в ваших руках. Тогда я приду к вам и протяну руку, дабы выменять это что-то на то, что будет нужно вам. К тому времени вы, несомненно, определитесь с выбором.

— Разрешите поинтересоваться, в чём же вы так нуждаетесь?

— В сердце бога, — ответил он, наполняя мой тумблер.

Потребовалось время чтобы хоть как-то осмыслить услышанное.

— Сердце бога. Мы говорим об Акаре?

— Нет, конечно. Даже если бы вы нашли нужный булыжник среди тех, что раскиданы по миру под Луной, я бы не на него не позарился. Во многих мирах есть каменные породы, способные блокировать ток магической энергии, Саров, Каторамал, Валемар, Имприя, тысячи их. Мне же необходимо сердце бога времени.

— Ага. Времени. Понятно, — невпопад ответил я, хотя в голове вспыхнули слова: "На юге пробудился Дракон Времени".

— Я искал возможности заполучить сердце такого существа очень, очень долго. Обратите внимание на этот экспонат в углу, вас не интересовало, что это?

— Металлический скелет, — ответил я, не глядя в ту сторону.

— Металлический, — Аволик качнул головой и улыбнулся, — смешно до слёз. Материал, из которого он изготовлен, есть ни что иное как мощи богов времени. Тысячи сложных сделок назад я подрядился изготовить этого… скелета. У него есть имя — Кселорат Хронон, и технология, по которой его изготавливали, древнее самой вечности, она восходит ко временам Первого мира. Отыскать достаточное количество нужного материала, а потом — и мастера, способного сделать дело, было сущей мукой. В частности ещё и потому, что Эниторико Скуамо не захотел иметь со мной дела, а Эльлазар заломил непомерную цену. Он пожелал получить целый мир для своего господина… Но зачем я надоедаю вам этими причитаниями? Суть в том, что мои муки почти окончены. Всё, что мне нужно для завершения Кселората Хронона, это источник его силы, сердце бога времени, после обретения которого, я, наконец, смогу обрести и покой.

— И именно мне предстоит раздобыть для вас этот артефакт?

— Есть какие-нибудь мысли о том, как мне это сделать?

— Никаких. Однако я уверен, что шанс вам представится, а уж.

Связь между мирами под Луной и в Темноте имела причудливую природу, понимая которую, мироходец — именно так Аволик называл тех, кто перемещался между мирами не по воле случая, а сознательно — мог извлечь огромную пользу. Время было связано с пространством и наоборот, то есть, двигаясь в нужном направлении пространства, мироходец перемещался и во времени в будущее, либо в прошлое. Но краеугольным камнем этого хаоса высшей физики являлась прослойка между мирами, известная как Внешние Пустоши. Для того чтобы мы вернулись именно туда, куда надо и тогда, когда надо, необходимо было совершить обратный переход в том же месте, в котором произошёл выход. Говоря понятным языком, нам пришлось лететь обратно во владения Башэна, где мы с Себастиной ступили в мир в Темноте.

Почти весь обратный путь, занявший ещё преизрядное время, моя горничная пролежала ничком. Приют, который нашла в её плоти Темнота, истощил Себастину и первое время я искренне опасался, что её оболочка разрушится, как разрушилось тело несчастного Ойноха. Смертные не приспособлены к прямому соприкосновению с божественной сутью, а Себастина была смертной ровно настолько, насколько смертным являлся я.

К великому моему облегчению, время и покой помогли ей встать на ноги. О происшедшем дракулина не смогла сказать ничего, её разум просто оказался заперт в некоем "чёрном мешке" и не возвращался обратно, пока Темнота не покинула тело.

— Никаких напутственных слов?

— Желаю удачного пути, митан. Встретимся, когда у вас появится предмет торга.

Переход произошёл быстро и просто — никаких арок, возникающих прямо в воздухе или чего-то подобного. Мы просто исчезли в одном мире и переместились в другой, где на нас немедленно обрушилась ярость Беххерида.

— ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО?!! — взревел великан, нависая как целая гора.