Библия и масонское предание повествуют, как Соломон попросил Хирама, царя Тира, предводителя хананеев/финикийцев, прислать рабочих для возведения здания Балу-Яхве, богу новоявленного Израильско-Иудейского царства. Нам показалось крайне примечательным, что Соломон признал отсутствие навыков в возведении подобного сооружения у своего народа.

Как уже отмечалось, мегалитические строения Западной Европы возводились без металлических орудий, хотя народ культуры рифленой керамики знал о существовании металлов. Стражи, которых они послали в иные страны, должны были по возвращении рассказать об использовании металла в Европе и на Ближнем Востоке. Но, по нашему мнению, к 3500 году до н. э. они так прекрасно овладели камнем, что не нуждались в подобных новшествах. Можно предположить, что и мегалитические строители Ханаана отказались от использования металла, так как во Второзаконии 27:5 говорится, что этот запрет преступили евреи:

«…и устрой там жертвенник Господу Богу твоему, жертвенник из камней, не поднимая на них железа»[56].

Этот запрет на употребление металла соблюдался и при возведении двух последующих храмов (Зоровавеля и Ирода) и до сих пор соблюдается франкмасонами. Прежде чем допустить соискателя в масонский храм для обряда посвящения, с него снимают все металлические предметы, хотя в современных английских ложах делают послабления женатым мужчинам, разрешая не снимать обручальные кольца. Но и в этом случае сам палец следует обмотать, чтобы металл не был виден или же не соприкасался с камнем.

Согласно масонскому преданию, зодчий Соломонова храма, работавший у Соломона и Хирама, тирского царя, и звавшийся Хирам Авий, был убит вскоре после завершения строительства двумя рабочими, пожелавшими выведать у него тайны строительного мастерства. Получив отказ, они нанесли ему несколько ударов, от которых тот погиб. Согласно франкмасонству именно тогда были навек утрачены тайны мастера-каменщика.

В своей первой книге «Ключ Хирама» мы гипотетически связали это еврейское предание с более ранним событием в Египте, когда в Фивах был убит фараон Секененра Таа II. Известно, что египетские и хананейские мифы оказались переплетены между собой при попытке слить воедино их непохожие истории, и мы полагаем, что предание о Хираме Авии предстает своеобразным сплавом двух традиций. Пытаясь, однако, найти объяснение имени «Хирам Авий (Абиф)», мы сослались на бытующее мнение, что это смешение еврейского и старофранцузского языков, означающее «царь, которого лишились».

В марте 1999 года Крис с профессором Филиппом Дейвисом отправился в Великую ложу Шотландии просить содействия в создании должности профессора по изучению франкмасонства в Шеффилдском университете. На этот шаг нас подтолкнула малая степень объективности официальных исследований, предпринимаемых самим масонством. Университет посчитал, что данное предложение прекрасно согласуется с областью его научных интересов, а франкмасонство одобрило нашу затею. Особо тронуло то, что Великий мастер нашей масонской ложи Уэст-Райдинга в Йоркшире выделил значительные средства на учреждение этой научной должности.

Находясь в гостях у Великой шотландской ложи в Эдинбурге, Филип Дейвис пожелал взглянуть на некоторые тома 2000-томного собрания Моррисона, содержащего масонские документы, которые оставались без внимания более 200 лет. Просматривая книгу, написанную доктором Андерсоном, первым историком Великой ложи Лондона с 1717 года, мы наткнулись на объяснение имени Хирама Авия, первоначальное написание которого было Хурам Авив.

Там давалась ссылка на исходный еврейский текст [.2Пар 4:16], где написано: ‘аса Хурам абив ла-мелех Шлома, что дословно означает «сделал Хурам, его отец, царю Соломону». Будучи блестящим библеистом, профессор Дейвис подтвердил, что «авив», видимо, указывает на Хурама как на «отца» Соломона, а поскольку настоящим отцом Соломона был царь Давид, Дейвис заключил, что, скорей всего, Хирам Авий был тестем Соломона.

Из Библии известно, что царя Соломона обвиняли в женитьбе на представительнице рода хананейских (иначе енохианских) верховных жрецов. Таким образом, признание в Хираме Авии тестя Соломона позволяет связать зодчего храма с хананейской традицией. Отмечается, что вскоре после возведения храма Соломон утратил всякий интерес к новоявленному богу Яхве, обратившись к старым хананейским богам.

К тому же сам храм был сугубо енохианским. Он был обращен на восток и вытянут в направлении Гефсиманского сада и Масличной горы, указывая непосредственно на место заката Солнца при равноденствии. Перед его восточными вратами стояло два столба, Воаз и Иахин: Воаз отмечал восход дневного светила при летнем, а Иахин — при зимнем солнцестоянии (подобно ориентированным лазам Ноута, что указывает на связь между народом культуры рифленой керамики и хананеями).

Расцвет и закат енохианского иудейства