Читаем Машина Эрика Свенсона полностью

— Тогда пожалуйте за мной, — сухо сказал хозяин.

Лаборатория Свенсона оказалась огромным помещением, выкрашенным в белую краску. С потолка свисали многочисленные провода. На деревянном помосте был укреплен огромный электромагнит, напротив которого стояла такой же величины стеклянная призма. Направо от призмы помещалась небольшая платформа с креслом, над которым висело нечто вроде медного шлема, к шлему шли со всех сторон тяжелые медные провода. К стене была прикреплена доска с делениями, по которой могла передвигаться рукоятка, — как на распределительной доске, расположенной в вагонах трамвая перед вагоновожатым. Я успел заметить, что указатель рукоятки стоял на нуле.

— Вы видите перед собой дезинтегратор Свенсона, — промолвил изобретатель, указывая на машину. — Этот аппарат изменит всю жизнь человечества. Тот, кто будет владеть им, будет владыкой мира. Ну, как профессор? Рискнете ли вы сесть на это кресло и подвергнуться опыту дезинтеграции?

Челленджер ринулся к аппарату. Однако я схватил его за рукав и крикнул:

— Постойте! Ваша жизнь чересчур ценна, чтобы ее можно было подвергать риску. Какие гарантии у нас, что опыт кончится благополучно?

Профессор на мгновение задумался.

— Гарантии? Какие же вам нужны гарантии? Вы находитесь здесь как свидетель, и если со мной что-либо приключится, этот господин ответит за последствия.

Но я не сдавался:

— Так-то оно так. Только ответственность этого господина перед судом не компенсирует потери, которую понесет наука в вашем лице. Не забудьте, что ваш научный труд еще не закончен. Дайте мне сесть первому!..

Беззаветная храбрость Челленджера хорошо известна. Но напоминание о незаконченной научной работе заставило его поколебаться. Я воспользовался этой заминкой, чтобы забраться в кресло. Изобретатель взялся за рукоятку, послышался легкий щелчок, и я испытал такое ощущение, как если бы перед моими глазами прошла тонкая кисея. Когда она исчезла, я снова увидел отвратительную физиономию шведа, улыбавшегося мне. За ним я увидел лицо Челленджера. Щеки профессора, обычно багрово-красные, были теперь пепельно-серыми, словно из них выпустили всю кровь…

Я думал, что подготовка к опыту еще не закончена, и сказал с раздражением:

— Отчего вы так долго тянете?

Свенсон самодовольно ответил:

— Опыт проведен. Все окончилось благополучно. Вы можете сойти с кресла: я уверен, что профессор сгорает от нетерпения, желая занять ваше место.

Я никогда еще не видел Челленджера таким взволнованным. Рука его тряслась, как в лихорадке, когда он тронул меня за рукав.

— Мэллон, — произнес он, — это правда! Вы исчезли! Сначала показался туман, потом от вас ничего не осталось.

— А сколько времени это длилось?

— Две или три минуты, точно не знаю. Сознаюсь, я остолбенел от ужаса. Я никак не предполагал, что вы вернетесь. Но когда рычаг перешел на другое деление, вы стали медленно появляться и, в конце концов, я вас снова увидел. У вас был несколько потрепанный вид, но, в общем, особых перемен с вами не произошло.

Свенсон, о котором мы оба забыли, вмешался в разговор:

— Очередь за вами, профессор.

Челленджер огромным усилием воли подавил свое волнение, отстранил руку, которой я пытался задержать его, и одним прыжком очутился на платформе. Когда он сел в кресло, швед перевел рычаг на деление «3». В мгновение ока профессор исчез, как бы растворившись в воздухе…

У меня похолодели руки и ноги, я старался скрыть от изобретателя охвативший меня страх. Свенсон с довольным видом потирал руки.

— Забавно, не так ли? Подумать только, что такая сильная, выдающаяся личность, как профессор Челленджер, витает сейчас в этой комнате в виде какого-то молекулярного облака. Очень забавно! В общем, профессор находится в моей полной власти. Стоит мне захотеть, и он навечно останется в небытии.

— Бросьте болтать чепуху! — закричал я, сжав кулаки.

— Я, конечно, шучу. Неужели я осмелюсь обречь на вечную дезинтеграцию такого великого ученого, как профессор Челленджер? Хотя с другой сторон, он обходился со мной не совсем вежливо и заслуживает урока… Хотите, я покажу вам забавный опыт?

Я машинально кивнул головой.

— Дело в том, что не все ткани одинаковым образом реагируют на вибрации дезинтегратора. Например, волосы разлагаются быстрее, чем кожа и мускулы. Благодаря этому, я сейчас покажу вам вашего медведя без шевелюры.

Свенсон перевел рычаг на новое деление, снова раздался щелчок, и Челленджер появился на кресле. Но, боже правый, в каком виде! На его голове не было ни единого волоса. Исчезла и его знаменитая борода. Несмотря на всю серьезность обстановки, я засмеялся.

По-видимому, по выражению моего лица Челленджер понял, что случилось что-то неладное. Инстинктивно он поднес руку к лицу, потом — к голове, нащупал голые щеки и череп и, прежде чем я успел его задержать, кубарем скатился с платформы.

Несколько секунд спустя швед лежал поверженный на пол, а Челленджер, сидя на нем верхом, вопил:

— Даю вам пять минут времени! Если вы не возвратите меня в прежнее состояние, я вас задушу, как щенка!