Читаем Марсианская готика полностью

СОНЯ. Это моя сестра, Джейни. На три года моложе меня. Красотка, правда? И без мозгов. Между ушей вакуум, благодаря которому нет морщин на лице. Я воспитывала ее сама, так что, возможно, вина в этом моя. У меня мозгов на двоих, вот и не было у нее шанса упражнять свои. Сегодня у нее свадьба, поэтому я так хорошо одета. Вы же подумали, что я так разоделась для вас? Шутка. Я всегда разодета. Одеваюсь даже перед тем, как принять душ. Я образцовая, постоянно работающая кукла пресс-секретарь, кукла Соня Преториус. Она ходит, говорит, зарабатывает много денег, а у ее сестры нет мозгов.

(Когда СОНЯ показывает другую фотографию, появляется ПРЕТОРИУС, моложавый мужчина лет пятидесяти. Садится в кресло, задумавшись, на лице обеспокоенность).

СОНЯ. Это мой отец. Представительный мужчина, правда? Мозги у меня от него, отчасти и внешность, но все остальное от моей матери, которая не проявила достаточной сознательности, умерев, когда мне было десять, а Джейни – семь. Спасибо тебе большое, мама.

(Показывает еще фотографию, но на сцене никто не появляется).

Это моя мать. Сногсшибательная красавица. Я помню, как одним весенним днем, когда я была совсем маленькой, она взяла меня на прогулку вдоль бесконечной изгороди, усыпанной желтыми цветами, в Принстоне, штат Нью-Джерси. Мы с Джейни там выросли. Мой отец – физик-ядерщик. Вы могли слышать о нем, если бы читали что-нибудь, помимо «Ти-ви гида», в чем я сомневаюсь. Это нормально. Будьте глупыми. Я не возражаю. Просто шучу. Хотите вновь посмотреть на мои ноги?

ПРЕТОРИУС. Соня.

СОНЯ. Мой отец преподавал, да и теперь время от времени преподает в Принстонском университете, поэтому я обладала зарядом высоких энергий еще до того, как выскользнула из чрева моей матери. Джейни, с другой стороны, бросила школу, чтобы жить среди китов или что-то такое. Точно я для себя это так и не уяснила. Она пыталась научить их петь оперные арии или чему-то не менее полезному. Впервые узнав, что она выходит замуж, я не сомневалась, что счастливчик – морж, или буйвол, или какой-нибудь зверь из Красной книги. Джейни на удивление хорошо ладит с животными. Единственное исключение – шимпанзе, которые чуть умнее, чем она. Но достаточно личного. Давайте к делу. Ваша дружественная электросбытовая компания платит мне огромные деньги за выступления переде такими милыми людьми, как вы, в школах, церквях, благотворительных организациях, чтобы рассказывать вам, какое это чудо – атомная энергия. Я раздаю множество интервью. Я очень хорошо смотрюсь на экране телевизора: фотогеничная, красноречивая, уверенная в себе. Все газетчики меня ненавидят. Если на то пошло, я интеллектуальная группа поддержи высоких энергий. В старшей школе Джейни выступала в группе поддержки, но ушла, потому что интеллектуальная нагрузка оказалась слишком высокой. Вы понимаете, произношение любого слова по буквам для нее проблема, если букв этим больше трех. Период выступлений с группой поддержки перетек в менструальный, а потом в период «Спасти морскую выдру», который сильно затянулся. Собственно она и сейчас спасает этих маленьких пушистиков, передними лапами раскрывающих раковины на скалах.

ДЖЕЙНИ. У меня проблема с обучением чтению.

СОНЯ. Что, что?

ДЖЕЙНИ. Я не глупая. У меня дислексия. А ты относишься ко мне, как к глупой.

СОНЯ. Я не отношусь к тебе, как к глупой. Приведи хоть один пример, когда я отнеслась к тебе, как к глупой. Ты знаешь такой пример?

ДЖЕЙНИ. Пошла ты на хрен, Соня.

СОНЯ. Многим хотелось, что я там оказалась.

ДЖЕЙНИ. Но мало у кого получилось. Если такие и были.

СОНЯ. И как мне тебя понимать?

ДЖЕЙНИ. Требуется ледокол Береговой охраны, чтобы пробить твой пояс верности.

СОНЯ. В отличие от тебя, Джейни. Я уверена, что вся Береговая охрана швартовалась в твоей гавани.

ДЖЕЙНИ. Ты считаешь распущенной любую, которой бедра не соединены хирургически.

СОНЯ. Джейни, мы не хотим этого слышать.

ДЖЕЙНИ. Конечно, ты хочешь, чтобы такие, как я, молчали в тряпочку, чтобы ты могла запустить свой драгоценный атомный реактор, и мы все получили бы дешевое электричество для наших радиоактивных домов.

СОНЯ. Атомные станции абсолютно безопасны.

ДЖЕЙНИ. Да и электричество это не такое дешевое. Почему ты не скажем им, что счета за электричество возрастут на четыреста процентов, чтобы оплатить это чертово чудовище, в строительстве которого они и не нуждались.

СОНЯ. Высокие тарифы за электричество – всего лишь временный экономический феномен.

ДЖЕЙНИ. Как и голодание до смерти.

СОНЯ. Никто не голодает до смерти.

ДЖЕЙНИ. Никто из тех, с кем ты общаешься. При твоем жаловании тебе нет нужды тревожиться из-за счетов за электричество.

СОНЯ. Я не чувствую себя виноватой, получая хорошие деньги за то, что считаю важным. Мы не можем допустить, чтобы неожиданно высокие цены за атомную энергию напугали нас до такой степени, что мы отказались бы от нашего будущего.