Читаем Марсианин полностью

После того как он прошёл курсы по повышению квалификации, магистрат назначил его начальником отдела по вопросам освещения. На новом поприще Глюм добился таких успехов, что ему предложили пост главного инспектора округа по свету. Он занимался тем, что ездил по городам и сёлам и контролировал освещение. Ничто не ускользало от его внимания: ни малейшая тень, ни едва заметный перебор энергии; он тотчас реагировал, регулировал, устранял неполадки, и все вновь представало в надлежащем свете.

Лишь иногда, поздним вечером или тёплой ночью, когда веял мягкий ветерок и от земли и деревьев тянуло одурманивающим запахом, а он шёл по улице или просто сидел в ресторанчике за картами и случайно устремлял взор в окно, глаза его затуманивались и взгляд становился загадочным, неземным. Тогда кто-либо из приятелей подталкивал его и говорил:

— Давай, Глюм, тебе ходить. Черви козыри!

И Глюм делал первый ход, а уж если главный инспектор по свету делал первый ход, то проигрывал он редко.

Впервые эту историю я услышал в деревеньке Гумбиц, где осенью 196… года проводил отпуск. Я следовал по стопам Глюма, пока мог. Потом я растерял все нити, ибо выяснилось, что его затребовало какое-то министерство для более важных дел. В моём распоряжении среди прочих доказательств сохранилась его случайная фотография. На фотографии изображён человек в мешковатом костюме, с узким и весьма невыразительным лицом; лишь в уголках рта да в глазах запечатлена какая-то непонятная мне грусть.

В заключение я хотел бы поблагодарить всех тех, кто помог мне собрать материал для этого сообщения. Без их участия судьба Глюма, марсианина и инспектора по свету, осталась бы незамеченной в кипении трудовых будней нашей эпохи.