Читаем Маршалы Победы полностью

Теперь на месте ранения Кутузова воздвигнут памятный фонтан, который так и называется — «Кутузовский».

Императрица, узнав о редкостном тяжёлом ранении одного из лучших молодых офицеров, наградила его почётным орденом Святого Георгия и отправила за счёт казны лечиться в Европу. Когда же вернулся он в Петербург, узнав об этом, императрица Екатерина немедленно пригласила его к себе для беседы. Ей и самой хотелось увидеть этого знаменитого храбреца. Поговорив же с ним, она с радостью удивилась его уму и обходительности.

— Даю вам важное поручение, с которым мало кто может справиться. Вы отправитесь снова в Крым на помощь генералу Александру Васильевичу Суворову, с которым знакомы. Но только воевать вам пока не надо. Вы станете помогать нам мирным путём. Турция желает поставить правителем Крыма своего человека. Но мы поддерживаем Шагин-Гирея. Он получил европейское образование и готов дружить с нами. Но Турция с помощью своих мулл настраивает местных жителей и против нас, и против Шагин-Гирея. Вам нужно показать, что Россия не враг местным жителям и относится к ним дружелюбно. И помогать нашему другу. Вы должны постараться, чтобы в Крыму не началась кровавая бойня.

Так Кутузов снова оказался рядом с Суворовым. «Лучше Кутузова дипломата не сыскать!» — писал о нём Суворов в отчётах императрице.

Скоро Кутузов опять увидел государыню. На этот раз ему не надо было приезжать в Петербург. Она сама в 1887 году совершила путешествие из столицы в Крым. И здесь Кутузов, уже ставший генералом, показал ей такие лихие приёмы верховой езды, что она испугалась за его жизнь и публично сделала ему суровый выговор: «Вы должны беречь себя, запрещаю вам ездить на бешеных лошадях и никогда вам не прощу, если услышу, что вы не исполняете моего приказания».

Однако этот выговор мало подействовал на полководца. Турция в который раз объявила России войну. Она никак не могла примириться с тем, что европейские страны хотят вернуть из-под её владычества земли, которые турецкие воины-янычары у них отобрали. И первым большим сражением стала битва за крепость Очаков. Генерал Кутузов, забыв о предупреждении императрицы, мчался в атаку на врагов впереди своих солдат. И произошло странное редчайшее событие: вражеская пуля снова ударила ему в висок почти в том же месте и прошла по пути первой пули. Рана была страшной. «Вчера опять прострелили голову Кутузову. Думаю, что сегодня или завтра умрёт», — так докладывал австрийский генерал своему императору Иосифу. Но Кутузов во второй раз удивил всех докторов. Он снова остался жив. «Человек, который дважды не умер после такого ранения, предназначен судьбой к великому делу», — сказал один из знаменитых иностранных врачей. Уже через три с половиной месяца Кутузов вернулся к своим солдатам и штурмовал Очаков.

Комендант Измаила

А потом под руководством Суворова брал крепость Измаил, которую все считали неприступной. Эту самую главную турецкую крепость в устье реки Дунай при впадении в Чёрное море строили лучшие французские и прусские инженеры. Её охранял мощный гарнизон — 35 тысяч воинов-янычар. В янычары турецкие командиры готовили с детства: отбирали самых сильных мальчиков и каждый день обучали воинским приёмам, тренировали. Янычар боялись все европейские армии. К тому же турецкий султан объявил, что, если русские возьмут эту крепость, он казнит всех оставшихся в живых защитников. Несколько раз русские полки под командой известных полководцев подходили к Измаилу, но так и не решались штурмовать крепость: уж слишком широк и глубок был выкопан ров вокруг неё, местами затопленный водой, слишком высоки стены. В крепости были большие запасы еды и боеприпасов. К тому же приближалась зима. Защитники крепости жили в тёплых казармах, а русские войска мёрзли в палатках. И главнокомандующий Потёмкин доложил императрице, что решил снять осаду. Но Екатерина потребовала взять Измаил до зимы. Ведь это была главная вражеская крепость. Только её взятие заставило бы Турцию просить мира.

И тогда послали Суворова. Он встретил отходящие русские войска, обнял своего младшего друга и ученика Кутузова и повернул всех назад.

«Наши чудо-богатыри брали любую крепость, возьмём и эту, — объявил он. — Только надо сначала хорошо потренироваться».

В степи неподалёку от крепости он приказал построить макет. В это время Кутузов распорядился, чтобы солдаты нарубили на берегу Дуная прутьев и навязали из них большие охапки, которые называют фашинами.