Читаем Маршал Говоров полностью

Сражение началось одновременным броском через Неву по льду четырех дивизий первого эшелона на участке 13 километров после 2 часов и 20 минут ураганного огня всей сконцентрированной Говоровым артиллерии. Из общей массы в 2 тысячи около 300 орудий встали на позиции вдоль берега Невы для стрельбы прямой наводкой: надо было уничтожить береговые огневые точки и не разрушить при этом лед у берега, занятого врагом.

Говоров назначил на штурм вражеского берега почти все те же дивизии Ленинграда, которые три месяца назад прошли школу жестоких схваток с группировкой Манштейна. В центре шли солдаты 136-й дивизии генерала Симоняка. Эта дивизия была сформирована па базе 8-й отдельной стрелковой бригады, прославившейся на полуострове Ханко летом и осенью 1941 года. Леонид Александрович особенно тщательно оснащал и укреплял личным составом дивизию Симоняка, как головную.

Прорыв блокады Ленинграда в январе 1943 года

Слева от Симоняка, около самого Шлиссельбурга, где ширина Невы достигает 700 метров, шла 86-я дивизия Героя Советского Союза полковника В. А. Трубачева — бывшие народные ополченцы; справа — 268-я дивизия полковника С. Н. Борщева; и на самом трудном, правом фланге для удара на 8-ю ГЭС — 45-я гвардейская ордена Ленина дивизия Героя Советского Союза генерала А. А. Краснова. Эта старейшая ленинградская бывшая 70-я дивизия с первых дней войны участвовала в самых кровопролитных боях, в контрударах и на дальних и ближних подступах к городу.

Сражение на Неве началось. О его героях — солдатах и командирах всех родов войск написаны исторические труды, мемуары, художественные произведения. Здесь нет необходимости пересказывать написанное. Хочется лишь подчеркнуть, что и те, кто бежал по льду на штурм, и те, кто впоследствии видел картину художника Савинова, кто слышал от отцов и дедов рассказ об этом сражении, смогут понять, почему штурм занятого врагом берега Невы 12 января 1943 года сравнивается иногда с более давним историческим штурмом русскими войсками под командованием Суворова крепости Измаил. Солдаты, командиры, политработники — представители частей пошли перед боем на могилу Суворова и дали клятву бить врага так, как завещал великий полководец. Военный совет фронта разрешил генералу Симоняку, наступавшему в центре, вывести на берег Невы сводный оркестр, и бойцы бежали в атаку со штурмовыми лестницами под могучие аккорды «Интернационала». Перед самым штурмом более 2 тысяч молодых солдат и офицеров подали заявления о приеме их в партию и комсомол.

Так в войсках. На командных пунктах свой пульс. Всегда он лихорадочен в процессе сражения после того, как первые цепи солдат докатились в атаке до вражеских траншей.

Казалось бы, операция неглубокая, армейская по масштабам. Командарм генерал Духанов и его штаб четко и уверенно подготовили войска, они достаточно опытны по прошлым боям. По то — в прошлом. Слишком велико значение, политический резоранс от успеха или неуспеха отой операции. Кроме того, она первая с начала войны с лобовым прорывом очень сильной позиционной обороны, создававшейся немцами полтора года. Вот почему формы руководства сражением со стороны командования фронта носят специфический характер.

И Говоров, и члены Военного совета, и большая часть руководящего состава штаба находятся либо у командиров дивизий, либо на командном пункте армии. Это и опека, и контроль, и беспокойство. Теперь в каждый новый час боя надо предвидеть, что произойдет в следующие часы.

Так было и у Говорова. Острота создалась уже в первые часы, когда командир 86-й дивизии Трубачев донес, что преодолеть 700 метров Невы под Шлиссельбургом его полкам не удалось: на середине Невы бегущих в атаку встретил шквальный пулеметный огонь и уложил на снег. В тех местах вражеский берег далек для стремительного броска и порос лесом. Огонь прямой наводки наших орудий не мог быть точным. Страшное это дело — лежать па гладком как стол ледяном поле под убийственным огнем... Но срыв атаки этой дивизии страшен еще и для соседней справа—дивизии Симоняка. Она протаранила первые линии траншей и дотов, углубилась до 3 километров, но фланг у нее открыт со стороны Шлиссельбурга!

Духанов докладывает Говорову, что вынужден отвести полки дивизии Трубачева назад. Резкий, острый разговор:

— Легче всего дать команду — назад... А что дальше? Удар немцев по Симоняку?

— Я полагаю ввести Трубачева на участке Симоняка, а затем развернуть его на Шлиссельбург...

— Немедленно приводите в порядок части Трубачева и вводите быстрее в бой на левом фланге Симоняка! Дорог каждый час!