– Она осталась запертой на территории Чехословакии.

– Вот как? Вам известен ее состав?

– Да, – кивнул лорд Иден и заглянул в папку. – Так. Вот. Возглавляет делегацию маршал Тухачевский…

– Это тот самый маршал, который сорвал наступление армии Франко на Мадрид силами моторизованного батальона? – Перебил лорда Идена Чемберлен.

– Да-а… – с некоторой неуверенностью произнес лорд Иден. – Но вряд ли он сможет что-то сделать. Ведь в Испании у него было время подготовиться, а в Чехословакии счет будет идти на часы. В такой обстановке он может максимум подпортить общую обстановку. На исход этой операции его присутствие вряд ли критически скажется.

– Однако подумайте над тем, как нам нужно будет выкручиваться в ситуации, если этот странный маршал все-таки сможет сорвать немцам победоносное шествие по Чехословакии.

– Да, конечно, сэр.

Глава 8

25 февраля 1939 года. Прага

Война между Германией и Чехословакией началась, как и предполагал лорд Иден, ранним утром двадцатого февраля 1939 года. Хором заговорили тысячи артиллерийских орудий, обрушивая 'стальной дождь' на позиции чехословацкой армии, в глубину страны устремились бомбардировщики, а пехота уверенной поступью направилась на штурм укрепленных позиций противника.

Однако дальше все пошло не так, как планировалось в Берлине. Совсем не так…

Благодаря активному военно-техническому сотрудничеству уже к восемнадцатому февраля Чехословакия полностью завершила мобилизацию, которую начала скрытно проводить под видом учебных сборов сразу после новогодних праздников. Двадцать шесть полевых и девятнадцать гарнизонных дивизий находились в полной боевой готовности на своих позициях. И это не считая полновесного кадрового пехотного корпуса РККА официально именуемого Первым Интернациональным. Кроме того, с декабря прошлого года началось движение 'народных территориальных дружин', которые должны были помогать полиции в поддержании порядка, борьбе с парашютистами и разведывательными группами противника. Поэтому к вечеру девятнадцатого числа удалось набрать сто сорок две легковооруженные территориальные роты.

Обладающая одной из самых могущественных промышленностей в Европе Чехословакия к началу 1939 года имела мощную линию долговременных оборонительных сооружений на границе, которая легко бы дала фору линии Мажино. И немцев ждали.

Нарочитое бряцанье оружием с целью устрашить Прагу, привело к тому, что стало известно направление главного удара и наибольшего сосредоточения войск. Как это ни странно, но начальник Генерального штаба ОКХ Бек решил наступать по кратчайшему маршруту – от Дрездена, надеясь на то, что чехи не окажут серьезного сопротивления в виду неизбежного разгрома. Поэтому Ставка Национальной обороны разместила практически все резервы в четыре-пять эшелонов к северу от Праги, так что, когда, двадцатого февраля Вермахт перешел в наступление – его ждал глубоко эшелонированный и хорошо окопавшийся… сюрприз.

Первые дни войны превратились для немцев в натуральный Верден. Шла настоящая бойня, перемалывающая немцев полк за полком и не позволяющая Вермахту вклиниться в оборону чехов и прорвать фронт. Особенно жарким стал третий день наступления. Гитлер, устроивший истерику от того, что какие-то славяне крепко стоят в обороне против его расово правильного германского воинства, отправил в лобовую, таранную атаку корпус Гудериана. Даже несмотря на протесты генерала, считающего подобный шаг лучшим способом уничтожить Панцерваффе. Но Гитлер остался непреклонен, наивно полагая, что танки в состоянии легко взломать любую оборону.

Чуда не произошло.

Несколько сотен противотанковых орудий смогли объяснить танковому корпусу, укомплектованному исключительно PzKpfw I и PzKpfw II с их тонкой противопульной броней, где зимуют раки и прочие водные обитатели. Бесплодные атаки продолжались до позднего вечера, пока немцы не нащупали слабое место на стыке частей.

Полковник Черняховский не ожидал неприятностей – его полк стоял в третьем эшелоне, входя в общий резерв фронта. Поэтому Иван Данилович неприятно удивился, когда на рассвете его разбудил встревоженный дежурный по штабу.

– Товарищ полковник! Срочная шифровка из штаба фронта. Ее пока обрабатывают, но я решил вас предупредить.

– Хорошо! Спасибо! – Потирая глаза, ответил полковник. – Я сейчас приду. Попроси там кого-нибудь мне чая приготовить. И перекусить! Война войной…

– Есть! – козырнул, улыбнувшись, молодой командир.

Иван Данилович сполоснул лицо, натянул сапоги и прошел в штабной домик, ежась от утреннего холода.

– Ну, что ту у вас? – спросил полковник у сонного начальника штаба майора Федосеева.

– Приказ о передислокации! – ответил майор, разворачивая карту. – Нам предписывается срочно оседлать шоссе, с целью отрезать прорвавшийся танковый полк противника.