Читаем Марк, выходи! полностью

Я огляделся: во дворе никого не было. До двери моего подъезда бежать было недалеко, но Дрон бегал быстро. Хотя, может, он сейчас вообще не в состоянии бегать. Я оглянулся на Дрона. Тот понял, что я хочу дернуть, и встал со скамейки.

И я дернул. Скорее всего, до подъезда я не успею, там еще дверь надо открыть, но, может быть, меня заметит кто-нибудь из взрослых, и Дрону придется свалить. Я бежал быстро, шурша пакетом с хлебом и конфетами, но Дрон все равно меня догнал, причем даже раньше, чем я дотронулся до подъездной двери. Он схватил меня за шкирку и дернул. Я грохнулся на землю и пару раз кувыркнулся.

– Десятка где, сука?

– Пачка стоит десять рублей, Дрон! – ответил я.

– Не гони!

– Да, десять рублей, сам сходи посмотри.

Я встал и начал отряхиваться. Пакет отлетел в сторону, но пока я решил его не подбирать. Дрон толкнул меня еще раз, и я снова упал.

– Не гони, бейби! – заорал он.

Я испугался, что сейчас у Дрона что-нибудь в его наркоманской голове заклинит, и он меня убьет. Нож-то у него был. Он им ногти чистил.

Я встал и во второй раз начал отряхиваться.

– Десять рублей, сука!

Дрон зарядил мне оплеуху, но я увернулся. Он размахнулся еще раз, но тут на плечи ему упал мешок.

Это был Арсен, который снова вышел потаскать строительный мусор. Он увидел меня на земле, подбежал и заехал Дрону этим мешком. Ну, как заехал… мешок-то был тяжелый. Арсен только и смог поднять его и толкнуть на Дрона. Получилось несильно и, скорее всего, небольно, но Дрон присел, а я успел отбежать.

Дрон повернулся к Арсену, еще раз что-то прокричал невнятное и бросился на него. Они покатились по земле, и я увидел, как Дрон просунул руку под голову Арсена и стал сдавливать ему шею. Арсен покраснел.

Я тоже полез в гущу драки, но за спиной кто-то крикнул: «Дрон!», – и мы все трое подняли глаза. У моего подъезда стоял Колян Бажов и тряс спичечным коробком.

Дрона как подменили. Он ослабил захват на шее Арсена, уставился на Бажова и, кажется, никак не мог решить, продолжать ли ему бороться с нами или бежать к Коляну.

– Ну отпусти малышей уже! – крикнул Бажов.

Дрон убрал руку от Арсеновой шеи, матернулся, встал и пошел к Коляну. Тот отдал ему спичечный коробок и что-то сказал. Потом они вместе пошли в сторону «Мадрида». Дрон иногда бывал в «Мадриде», и ему за это ничего от местных пацанов не было. Они знали, что он хоть и из нашего «Тринадцатого», но ни с кем тут не дружит. Хотя и в «Мадриде» он ни с кем не дружил.

Я подумал, что могло быть в спичечном коробке у Коляна, если Дрон так сразу к нему заторопился. Ведь он даже забыл про удар мешком от Арсена и деньги, которые я ему недодал.

Арсен отдышался, и мы помогли друг другу встать.

– Спасибо, – сказал я Арсену.

Он кивнул и медленно отряхнулся. Я осмотрел себя. Пара царапин, отбитый зад и порванный рукав футболки. Ерунда. После боев с «Мадридом» и не такое бывало.

– Ты деньги им заплатишь? – спросил меня Арсен.

– Им? Костику с Ромой?

– Да.

– Ха! Ясный перец! Не отдам три сотни – буду получать от них каждый день. У тебя деньги есть, кстати?

– Я платить не буду. Зачем я буду платить? Мы только приехали. Я ничего не делал.

– Ну… они тебя каждый день рихтовать будут тогда. Костик особенно. Ему деньги нужны. Он их это… на… ну понял, да?

– Тогда я его убью, – сказал Арсен.

Я сначала удивился, а потом засмеялся.

– Они тебя бить, говорю, каждый день будут. Знаешь, как у нас тут бьют чужих? Только зубы летят. Лучше заплатить. Я почти нашел уже деньги, – сказал ему я. Меня почему-то потянуло поговорить.

– Если будут бить, то я их убью, – снова повторил Арсен.

Он еще раз стряхнул с себя пыль, схватил мешок с кусками цемента и каких-то деревяшек и потащил его на свалку.

– Я пойду. Пока, – сказал он мне.

– Помочь, может? – спросил я.

– Нет, я так силу качаю, – ответил Арсен. – Надо много таскать вот так, чтобы как у Рокки сила была.

Арсен ушел. Я повспоминал, кто такой Рокки, сообразил, что это такой фильм про боксера, и сразу забыл о нем. Мне еще деньги надо найти. До вторника всего два дня остается. Рома и Костян все помнят и опоздания с выплатой денег мне не простят. Сразу в морду или один, или другой треснет, и объясняй потом маме, что это я на футболе упал. Четыре раза. У нас все пацаны и так слишком часто на футболе падали.

* * *

Девчонок у нас во дворе было мало. Ну как мало? Они были, но наши ровесницы собирались в свои маленькие кучки и с пацанами совсем не общались. Играли в свои дурацкие дочки-матери, выбивалы и прочую ерунду. А те, кто постарше, или болтались со старшаками, или гуляли с пацанами из школы.

Мелких девчонок у нас было пять или шесть. Старших – двенадцати и тринадцати лет – две. Маша и Лена. Они жили в доме напротив моего, учились в тридцать четвертой школе и были очень красивыми. Так думали все малыши и я. Очень-очень красивыми.