Стрелять вслепую было не просто бессмысленно, но и опасно. В тумане они могли попасть в Аграфену.

– К дому! – Донёсся до Ареса голос Стэфа. Самого Стэфа он больше не видел. Впрочем, как и дома.

Арес отступал задом, крутясь волчком, в любой момент ожидая нападения.

Никто не напал. Им дали укрыться в доме. Никто не сунулся следом. В наступившей вдруг могильной тишине они слышали лишь собственное тяжёлое дыхание. Снаружи не доносилось ни звука.

– Куда они делись? – спросил Арес, прижимаясь спиной к бревенчатой стене с одной стороны от двери.

– Не знаю. – Ответил Стэф, стоящий с другой стороны. – Но если бы они хотели нас убить, нас уже не было бы в живых.

– А что они хотели?

Вопрос был правильный. Пожалуй, самый правильный из всех вопросов, которые когда-либо задавал Арес. Пожалуй, от ответа на этот вопрос зависела вся его дальнейшая жизнь.

Стэф ничего не ответил. Он сосредоточенно вслушивался в тишину. А Арес больше не мог ни вслушиваться, ни вглядываться. Его не задели, не куснули и не поцарапали, но в груди вдруг заныло так сильно, что стало больно дышать.

– Я выхожу, – сказал он и, не дожидаясь, пока Стэф попытается его остановить, нырнул в туман.

Глава 8

Едва оказавшись с Аресом в болотном домике, Стэф понял, что их обвели вокруг пальца. На них не собирались нападать, их просто загнали в угол, как глупых щенят. Зачем загнали? Чего добивались?

Стэф не стал останавливать Ареса, просто ломанулся вслед за ним в туман. Это было рискованно. Нет, это было смертельно опасно. Из болотного домика только что вышли два смертника. Дойдёт ли хоть один из них до кромки воды живым? Думать об этом Стэф не стал. Жизнь научила его быть фаталистом. Жизнь научила его верить в судьбу и удачу.

В тумане менялись не только звуки. В тумане, кажется, менялось даже расстояние. Они всё шли и шли, но никак не могли дойти до берега.

– Феня! – Закричал Арес, но туман сожрал этот крик и выплюнул лишь жалкое шипение.

Сначала шипение, а потом всплеск.

– Слышишь? – Стэф протянул руку, нащупал плечо впереди идущего Ареса. – Вода где-то близко.

– Чёрт, да тут кругом вода, – простонал Арес. – Почему она не отзывается? Она же должна была слышать, да?

– Могла и не услышать. – Стэф, как мог, успокаивал парня. Получалось плохо.

А всплески делались всё чаще, всё громче. Словно где-то совсем рядом проплывала огромная то ли рыба, то ли змея…

Арес застонал. Стэф скорее почувствовал, чем увидел, как он рванул вперёд. Он тоже рванул. Он тоже всё ещё надеялся, что они не опоздали, что Феню ещё можно спасти.

– Феня! Аграфена!

Туман больше не крал их голоса. Туман припадал к земле и собирался в плотные кольца, превращался в огромную призрачную змею, уползающую в воду.

– Где она? – Арес вошёл в воду уже по колено. – Стэф, где она?!

На чёрной глади воды недалеко от берега закручивалась воронка. В эту воронку соскальзывало сотканное из тумана змеиное тело. А потом воронка схлопнулась, окатив Стэфа и Ареса с ног до головы холодными брызгами. Стэфу показалось, что за мгновение до этого он видел хвост. Огромный рыбий хвост. Однажды у берега Шантарских островов ему довелось встретить гренландского кита. Кит уходил под воду с той же неукротимой мощью и вызывал в человеческих сердцах тот же ужас пополам с восторженным трепетом.

– Феня! – Арес рвался вперёд, туда, где от воронки уже не осталось и следа. Ни от воронки, ни от лодки… – Аграфена!

– Стой! – Стэф поймал его за ворот куртки. Арес, не глядя, отмахнулся.

Пришлось хватать его обеими руками, скручивать, уклоняясь от яростных замахов и ударов. Пришлось вот так, за ворот волочь парня из воды. А потом швырять спиной на берег, в прожжённый почерневший мох, и, навалившись всем весом, держать. Чтобы выдохся. Чтобы выкричался. Чтобы обессилил. Чтобы смирился. Хотя бы на время…

Держать пришлось долго. Когда Стэф немного ослабил хватку, Арес снова попытался вырваться. Пришлось врезать, чтобы привести его в себя. Потому что таких, как они с Аресом, слова не берут. Не тот у них замес.

Помогло. Арес обмяк, закрыл лицо руками. И сразу стало ясно – всё. Нет, он не успокоился и не смирился, но он готов принять новую реальность.

– Она утонула. – Арес не спрашивал. Он уже всё решил и всё обдумал. – Эта болотная тварь её утянула. Псы нас отвлекли, а она… оно подкралось сзади.

Стэф молчал. Они были мокрые насквозь. Им нужно было хотя бы попытаться просушить одежду. Но не опасно ли разводить тут огонь? Не привлечёт ли он угарников?

– Нам пора уходить.

Нужно было сказать что-то другое, как-то успокоить, поддержать. Но Стэф был хреновым утешителем ещё с тех далёких времён, когда сам он был толстым и неуклюжим подростком, а один из его лучших друзей вот точно так же, как сейчас Арес, отказывался верить, что всё кончено. Утешителем Стэф был хреновым, но теперь у него было больше опыта, силы и власти. Теперь у него были возможности и, самое главное, надёжные друзья. Арес ещё не знает, что он тоже теперь не один. Теперь он часть того мира, в который Стэф пускал далеко не каждого, но если уж пускал, то никогда и ни за что не бросал в беде.