Читаем Мария Валевская полностью

Поздним вечером 1 сентября 1814 года в главном портовом городе Эльбы, Порто-Феррайо, заметили приближающийся корабль; на палубе его стояли четыре человека: две женщины, маленький мальчик и "высокий мужчина в мундире и в очках в золотой оправе" (это единственный портрет Теодора Марцина Лончиньского, оставленный нам мемуаристами!). Таинственный корабль, вместо того чтобы войти в порт, пристал к безлюдному берегу в глубине залива. Там ожидали гостей:

гофмаршал Бертран и капитан Бернотти с коляской, запряженной четверкой коней. После того как пассажиры пересели с корабля в экипаж, кони рысью пошли к Марчпане. На половине дороги экипаж вдруг остановился.

Путешественников наэлектризовал возглас: "Император!" Они увидели трех всадников с факелами. Это Наполеон с офицерами личной охраны выехал верхом встречать Валевскую и сына. Дальше ехали уже вместе.

За селением Марчиана-Альта вся компания вылезла из коляски и принялась взбираться по крутой тропинке, ведущей в пустынную обитель Мадонна-дель-Монте. Маленького Александра несли на руках поочередно Наполеон и один из офицеров гвардии. К цели следования добрались в час ночи.

В горной обители гостей ждал ужин. После ужина отправились на отдых. В домике, откуда были выселены монахи, приготовили две комнатки для Марии и ее сестры. Император ночевал в палатке под деревьями. Под утро разразилась гроза. Разбуженный громыханием, Наполеон покинул палатку и перебрался "в ночном одеянии" в комнату Марии. "Наверное, он знал, что его прекрасная полька боится грозы, и хотел ее успокоить", - пишет историк Андре Кастелло, завершая этим предположением подробное описание первого дня пребывания Валевской на Эльбе.

Следующий день прошел в идиллической атмосфере.

Наполеон был весел и беззаботен, ласкал маленького Александра, нежно беседовал с Марией, показывал им обоим видную вдали Корсику, рассказывал о своем детстве. Вспоминая спустя много лет этот чудесный день, Александр Валевский писал: "Удивительно, я был маленьким ребенком и все же отлично помню домик, в котором мы жили, помню Наполеона и все, что он мне говорил, припоминаю его палатку и даже сопровождающих его генералов".

В полдень в честь гостей был устроен завтрак под навесом, с участием польских офицеров из находящегося на Эльбе эскадрона легкой кавалерии полковника Павла Ежмановского. Один из приглашенных принес флейту и играл на ней мазурки и полонезы. Император оживился настолько, что пригласил Марию танцевать.

Тем временем в Порто-Феррайо происходила радостная манифестация в честь .. императрицы Марии-Луизы.

Все были уверены, что именно она прибыла на таинственном корабле, чтобы разделить с мужем изгнание. Кого же еще мог приветствовать с непокрытой головой гофмаршал Бертран? Да и моряки, доставившие незнакомцев, рассказывали повсюду, что самая красивая из пассажирок, мать мальчика, несколько раз говорила о нем как о "сыне императора". Конечно же, это МарияЛуиза, а мальчик - римский король. Расшифровать, кто остальные пассажиры, также было нетрудно. Высокого мужчину в мундире сочли императорским пасынком, вице-королем Евгением Богарне, женщину придворной дамой императрицы.

Наполеон узнал об этом от своего врача Фуро де Борегара, который примчался галопом в горную обитель, чтобы засвидетельствовать почтение высоким гостям.

Эхо, которое вызвало таинственное посещение, очень встревожило императора; он решил прервать визит Валевской, пока обо всем не узнала ревнивая (так он считал) экс-императрица. Вечером он сообщил подруге свое непреклонное решение - на следующий день им надо расстаться. Глубоко оскорбленная Мария подчинилась этому решению без единого слова. Сочувствующий Марии французский историк, который на основании рассказа очевидцев описал ее пребывание на Эльбе, замечает в этом месте, что дело приняло бы иной оборот, знай Наполеон, что произойдет месяц спустя. Это намек на то, что произошло с герцогиней де Колорно на обратном пути из Экс-ле-Бен в Вену. 27 сентября 1814 года, во время ночлега в гостинице "Золотое солнце" в Рижи, экс-императрица, в чьей любви и верности Наполеон был так уверен, стала любовницей генерала Нейперга.

3 сентября 1814 года Валевская с сестрой и сыном покинула обитель Мадонна-дель-Монте. Посланный вперед Теодор Лончиньский уже находился на маленькой пристани Марчиана-Марина, где стоял на якоре корабль, который должен был отвезти их в Неаполь. Император проводил Марию до самой Марчианы-Альты. Там состоялось прощание. Кастелло утверждает, что экс-фаворитка хотела в последний момент отдать императору все свои драгоценности, но он не принял жертвы. Другой историк, Жан Саван, утверждает, что Валевская получила от Наполеона большую сумму наличными и банковский перевод на 61 000 ливров. Чувствительные мемуаристы обращают внимание на мрачную обстановку, в которой происходило расставание любовников. На острове царил невыносимый зной, небо было затянуто черными низкими тучами, с моря доносился гул приближающегося шторма.