После заключения этого соглашения Конде и посол Мантуи убеждают Марию Медичи, что это дело оказалось выгодным только для Испании, но королева предпочитает слушать Вильруа и Гизов, которые доказывают ей, что король Испании выступил на стороне правительства Марии Медичи только потому, что боялся поссориться с Францией. Королева осыпает Гизов милостями. Кончини поспешил стать на их сторону, а Конде и два его верных союзника — герцоги Вандомский и Мэнский — покидают Париж.

Вскоре королева забросила все государственные дела: ее энергию полностью поглощают строительные работы в Люксембургском дворце, в котором она рассчитывает жить, когда ее регентство закончится.

Но внутренние волнения и ухудшение ситуации в Мантуе возвращают ее к суровой реальности: знать возмущена тем, что Кончили получает титул маршала, опустела казна, поэтому новые просьбы об увеличении содержаний знать воспринимает крайне недовольно, в Мантуе герцог требует от Франции помощи, чтобы забрать города Монферрато.

Взятие Мезьера и договор в Сен-Менеульд (15 мая 1614 г.)

В январе 1614 года Конде и другие принцы снова покидают двор, а перед этим собираются все вместе и принимают некоторые решения, которые доводят до сведения королевы: кроме привычного недовольства по поводу их недостаточного участия в управлении государством они отвечают на расплывчато высказанное желание Марии Медичи продлить свое регентство: как первый принц крови Конде в этом случае должен стать королевским наместником, и ничего не должно решаться без Генеральных штатов. Кроме того, они полагают, что внешняя политика слишком подчинена Испании и в связи с этим было бы желательно поменять министров и узнать мнение Генеральных штатов по поводу проблемы, которая затрагивает будущее нации.

Все это вызывает крайнее неудовольствие Марии. К тому же новости, пришедшие из Мезьера 18 февраля, свидетельствуют о том, что во Франции появилась опасность гражданской войны.

Герцог де Невэр, будучи губернатором города Мезьера, решил войти в цитадель, комендант которой подчинялся непосредственно королю. Комендант имел строгий приказ не впускать никого без специального письма короля, и запрет этот касался герцога, как и любого другого. Оскорбленный герцог не колеблясь приказал стрелять из пушки, чтобы ему открыли ворота крепости. Но после, осознав все значение своего поступка, поспешил написать королеве, что, сомневаясь в верности коменданта, он действовал таким образом в интересах короля.

Узнав об этом, Мария Медичи страшно разгневалась, приказала собрать войска и поручила командование Гизу и д’Эпернону, а к Невэру послала одного из своих дворян, чтобы побудить его сдаться до применения силы.

Но Невэр совершенно не собирался отдавать город, а в это время Конде распространил письмо к королеве, в котором были изложены требования принцев, основными из них являлись созыв Генеральных штатов и отсрочка заключения браков.

Однако Мария, продолжая собирать войска в Шампани, ловко обезвредила кризис, согласившись на созыв Генеральных штатов. Больше того: она заявила, что она сама этого желает и намерена сделать это в кратчайшие сроки.

Причина проста: через семь месяцев король становился совершеннолетним и королева нисколько не хотела рисковать гражданской войной из-за власти на такой короткий промежуток времени. Но она хотела сохранить власть и после совершеннолетия короля: подобного еще не бывало, а решение Генеральных штатов никто не имел право оспаривать. Мария Медичи была уверена, что Генеральные штаты пойдут навстречу ее желаниям, потому что знала о непопулярности принцев и глубокой преданности народа монархии.

Но королева уже не могла оставаться в бездействии: принцы начинали собирать армию. Через де Ту она пригласила их приехать на встречу с ней в Суассон.

Принцы приехали в Суассон в сопровождении внушительного войска, поэтому Мария Медичи предпочла остаться в Париже и послала вместо себя Жаннена.

Кроме своих обычных требований созыва Генеральных штатов и отсрочки на один год испанских браков — королева легко на это согласилась — принцы потребовали разоружения королевской армии, что было посягательством на власть и честь короля и чего королева не могла допустить.

Но в игру вступил Кончини: ловкий парламентер, он сумел одних умаслить, а других обмануть, разрушив единство в лагере принцев. Официальные переговоры Жаннена и тайные Кончини (с согласия королевы, разумеется) шли параллельно. В итоге получилась веселая путаница: никто так и не понял, что обещано, а что — нет. В конце концов 15 мая 1614 года в Сен-Менеульд был подписан договор. Герцог де Невэр вывел из Мезьера свой гарнизон, армия принцев была распущена, Конде получил 400 000 ливров и губернаторство Амбуаза. Взамен никто и словом не обмолвился об испанских браках. Все были довольны, но фрондерство принцев дорого обошлось королевской казне.

Поездка в Нант