Читаем Мария Кюри полностью

Годы плодотворной работы, которой хватило бы не на одну жизнь, будь нашим героем человек менее выдающегося таланта, не могли не сказаться на здоровье мадам Кюри. Первыми ее подводят глаза. Еще в 1920 году она получает предупреждение от врача, что у нее постепенно слабеет зрение и со временем Мари может совсем погрузиться во тьму. Встревоженная ученая делится этим известием только с одним человеком — с Броней. Она жалуется сестре, что ей страшно за работу, которая может остановиться. И сожалеет, что даже доктор Рего не знает, может ли с этой проблемой помочь ее детище — радий.

Мадам Кюри, за которой пристально следит французская пресса, тщательно скрывает от газетчиков свой недуг. Даже когда надо лечь в больницу, она делает это под вымышленным именем и записывается в журнале как «мадам Карре». Дочери по очереди служат при ней поводырями — водят под локоть по квартире и на улице, подкладывают приборы за столом, заказывают ей очки. На работе Мари всюду расставляет увеличительные стекла и расписывает шкалы приборов яркими цветными метками. Она никому не может доверить свой научный труд. Никому! Все сотрудники лаборатории без слов прекрасно понимают, что их начальница плохо видит, но не признаются в этом. Мари не хочет лишней заботы — никто не станет ей ее навязывать.

Первую операцию на глазах Мари переносит 18 июля 1923 года. В марте 1924 года — еще две. Последняя, самая сложная проводится в 1930 году. Ученая вновь видит без очков, но какое-то время в глазах двоится, а к этому надо привыкнуть. Мадам Кюри задумывается, а не бросить ли все и не уехать в Ларкуест строить дом и писать книги? Но тут же отвечает себе — нет, остаться в Париже, потому что здесь ее лаборатория.

Могучая мадам Кюри, которая когда-то в одиночку заменяла целый завод по добыче радия, понимает, что слабеет. Она все чаще задается вопросом, что будет после того, как ее не станет, продолжат ли свою работу институт, лаборатория и больница? Неизвестность не устраивает исследовательницу, поэтому она с головой уходит в работу. Ей нужно успеть как можно больше, пока она еще здесь, пока эти стены носят ее имя.

Тело Мари слабеет. После дня в лаборатории, где исследовательница по-прежнему трудится без соблюдения правил безопасности, она с трудом поднимается по лестнице в свою квартиру. Ее руки покрыты язвочками и ожогами. Родные встревожены, они уговаривают ее сдать анализ крови, он показывает отклонения от нормы. Но мадам Кюри не признает свое нездоровье — зимой 1934 года она ходит с Ирен на лыжах, а весной садится за руль и везет Броню в путешествие на юг Франции. В пути ученой становится плохо, поэтому она все же обращается к врачу. Тот решает, что у его пациентки грипп. А грипп — это такие пустяки, считает Мари. Поэтому, когда ей становится лучше, она ходит в лабораторию, а когда хуже, то пишет дома книгу, в которой собирает итоги всей своей работы.

Но хороших дней все меньше. Встревоженный за свою коллегу по институту, доктор Рего навещает Мари в ее квартире, после чего собирает целый совет из лучших врачей Парижа. Те решают, что мадам Кюри необходим отдых и покой. Так они смогут понаблюдать за великой женщиной и разгадать загадку ее недуга.

Ученая неожиданно соглашается на предложенную Евой поездку в горный санаторий близ городка Санселльмоз. Книгу свою она уже закончила, можно уделить немного времени себе. Мари уверена: чистый воздух и недолгий покой снова помогут ей, как помогали всю жизнь. К осени она планирует поправиться.

Дорога дается мадам Кюри тяжело, она теряет сознание. Тем не менее обследование с помощью рентгеновских снимков показывает, что тело ученой в неплохом состоянии — легкие чистые и опасения, что у нее сгубивший ее маму туберкулез, рассеиваются. Вот только анализ крови все хуже, а температура у нее все выше. Из швейцарской Женевы вызывают лучшего профессора медицины по фамилии Рох. Он первым выдвигает предположение, что недуг Мари вызван постоянным облучением, которому она подвергалась во время работы с радиоактивными материалами. Радиология еще не дошла до той стадии развития, когда ученые находят способ бороться с его последствиями.

Весь санаторий — врачи, пациенты, родственники — все, не сговариваясь, принимают решение: никто за его пределами не узнает, что дни великой мадам Кюри сочтены. Здесь не будет прессы и скорбных делегаций. Мари говорят, что в ее плохом состоянии виновны камни в желчном пузыре, что ей нужно принимать болеутоляющее. Она повинуется. Но однажды утром болезнь одерживает свою грустную победу. В журнале директора санатория доктора Тобе появляется запись: «Мадам Мари Кюри скончалась в Санселльмозе 4 июля 1934 года. Болезнь — острая злокачественная анемия. Костный мозг не дал реакции, возможно, вследствие перерождения от длительной аккумуляции радиоактивных излучений». Узнав, что Мари не стало, один из ее учеников напишет: «Мы потеряли все».