Читаем Марьяна Пинеда полностью

Я веселый контрабандист,избалованный вечной удачей.Вызываю на бой я весь мир,и никто мне не страшен на свете.Притомился ретивый мой копь,но вдали я слышу погоню, —уноси ж меня, верный мой друг,облекаться мне в саван не время.А погоня все ближе, и вот —завязалась в ночи перестрелка.Что с тобою, любимый мой конь,конь мой быстрый, лихой и верный?

(Поет этот романс с подлинным трагизмом, прислушиваясь к шагам Педросы на лестнице)

Явление девятое

Занавес в глубине сцены поднимается, входит насмерть перепуганная Клавела. В одной руке у нее канделябр, другая рука прижата к сердцу. За ней идет закутанный в черный плащ Педроса. Он сухощав, поражает своей бледностью и невозмутимым спокойствием. Произносит свои реплики с хорошо затаенной иронией и зорко оглядывается по сторонам, сохраняя, однако, внешнюю корректность. Производит явно неприятное впечатление. Актер, исполняющий эту роль, должен, однако, всячески избегать шаржа. При появлении Педросы Марьяна встает из-за фортепьяно. Пауза.

Марьяна

Войдите!

Педроса (приближаясь к ней)

Я прошу мою сеньоруне прерывать из-за меня веселойтой песенки, что слышал я, входя.

Марьяна (силясь улыбнуться)

Мне показалась ночь такой печальной…Я стала петь…

Педроса

А я заметил светв окне балконном и решил зайти.Простите, если вам я помешал…

Марьяна

Сеньор, напротив, я вам очень рада!

Педроса

Ужасный дождь!

Пауза. Вообще эта сцена должна прерываться паузами и внезапный длительным молчанием, когда действующие лица вступают между собой в отчаянную борьбу. В ней много тонких переходов: актеры, исполняя ее, должны всячески избегать утрировки, способной повредить искренности переживаний. Надо сделать так, чтобы зрители особенно живо воспринимали подтекст. Удачно воспроизведенный и не слишком шумный дождь время от времени должен заполнять драматические паузы.

Марьяна (значительно)

Наверно, очень поздно?

Пауза.

Педроса (пристально смотрит на нее; также значительно)

Да, очень поздно. Только что часыодиннадцать пробили.

Марьяна (спокойно, жестом предлагая Педросе сесть)

Не слыхала.

Педроса (садясь)

Их бой донесся до меня, когдая улицы ночные обходил.Промок я до костей; бороться труднос холодным ветром, веющим с Альгамбры.

Марьяна (вполне овладев собой, значительно)

Да, ветер ледяной вонзает иглынам в легкие, а иногда и в сердце.

Педроса (парирует удар)

Вот именно. Я должен был исполнитьобязанность тяжелую свою…А вы меж тем, прелестная Марьяна,вы у себя, укрытая от ветра,плетете кружево… иль вышиваньемвы заняты?…

(Как бы припоминая)

Мне говорили, вы…прекрасно вышиваете.

Марьяна (испуганно, но все же сохраняя спокойствие)

Перейти на страницу:

Похожие книги

Саломея
Саломея

«Море житейское» — это в представлении художника окружающая его действительность, в которой собираются, как бесчисленные ручейки и потоки, берущие свое начало в разных социальных слоях общества, — человеческие судьбы.«Саломея» — знаменитый бестселлер, вершина творчества А. Ф. Вельтмана, талантливого и самобытного писателя, современника и друга А. С. Пушкина.В центре повествования судьба красавицы Саломеи, которая, узнав, что родители прочат ей в женихи богатого старика, решает сама найти себе мужа.Однако герой ее романа видит в ней лишь эгоистичную красавицу, разрушающую чужие судьбы ради своей прихоти. Промотав все деньги, полученные от героини, он бросает ее, пускаясь в авантюрные приключения в поисках богатства. Но, несмотря на полную интриг жизнь, герой никак не может забыть покинутую им женщину. Он постоянно думает о ней, преследует ее, напоминает о себе…Любовь наказывает обоих ненавистью друг к другу. Однако любовь же спасает героев, помогает преодолеть все невзгоды, найти себя, обрести покой и счастье.

Анна Витальевна Малышева , Александр Фомич Вельтман , Амелия Энн Блэнфорд Эдвардс , Оскар Уайлд

Детективы / Драматургия / Драматургия / Исторические любовные романы / Проза / Русская классическая проза / Мистика / Романы
Соколы
Соколы

В новую книгу известного современного писателя включен его знаменитый роман «Тля», который после первой публикации произвел в советском обществе эффект разорвавшейся атомной бомбы. Совковые критики заклеймили роман, но время показало, что автор был глубоко прав. Он далеко смотрел вперед, и первым рассказал о том, как человеческая тля разъедает Россию, рассказал, к чему это может привести. Мы стали свидетелями, как сбылись все опасения дальновидного писателя. Тля сожрала великую державу со всеми потрохами.Во вторую часть книги вошли воспоминания о великих современниках писателя, с которыми ему посчастливилось дружить и тесно общаться долгие годы. Это рассказы о тех людях, которые строили великое государство, которыми всегда будет гордиться Россия. Тля исчезнет, а Соколы останутся навсегда.

Иван Михайлович Шевцов , Валерий Валерьевич Печейкин

Публицистика / Драматургия / Документальное