Читаем Марго Мертц всё уладит полностью

Сэмми. Маленький ботаник, с которым мы на Хеллоуин бегали за конфетами. Тихий зануда, до четырнадцати лет отказывавшийся есть продукты оранжевого цвета. Как он мог так поступить? Как он мог написать сайт, сломавший столько жизней?

Имани сочувственно спрашивает, все ли у меня хорошо. Я, видимо, зависла. Говорю, что лучше не бывает.

20:34. Мистер Ламли проверяет вещи. Заглядывает ко мне в сумочку. Скептически косится на тампоны, но трогать их не рискует. Спрашивает, все ли у меня хорошо. Просто прекрасно. Сколько можно?

20:38. Налетают фотографы. Они не слышат, что я не хочу фотографироваться. Закрываю лицо руками.

Захожу в центральный зал. Возле входа стоят столики с закусками. Слева – зеркальная стена. Прямо по ходу – танцпол. В дальнем углу – небольшой помост для диджея, к которому ведут две узкие лесенки. Вижу Криса. Тот агрессивно трясет головой в такт музыке. Как я и думала, диджей из него ужасный (он не дает ни одной песне доиграть до конца и периодически наговаривает рэп).

Крис. Мразь – человек, который все это затеял. Который использовал Сэмми. Который унизил Бет и заставил ее уехать. Меня тошнило от Криса Хайнца. Хотелось его растоптать. Уничтожить. Я устала думать о нем каждый день.

Так, Марго, хватит! Сосредоточься!

20:44. Я встаю возле столика с напитками. Вижу Кайла, тот танцует (ужасно) с Тиффани Спаркс. Вижу Пи-Боя – он возвращается из туалета, держа в руке глазные капли.

20:57. Крис снимает наушники и… идет в сторону туалета.

Пора.

Я лезу в сумочку и нащупываю электромагнит. В другой руке телефон. Браузер уже открыт на нужной странице.

Пробираюсь сквозь толпу танцоров и подхожу к помосту. Надо действовать быстро и незаметно, притом что я у всех на виду. И…

Бах!

Какой-то придурок толкает меня под локоть и выбивает телефон из рук. Тот летит на кафельный пол. Я торопливо подхватываю его. Экран треснул. Черт!

21:00. Телефон не включается. Черт, черт, черт!

Если не включится, я не смогу зайти на сервер. Тогда нет смысла портить ноутбук, потому что не получится стереть сайт. Что делать – бежать домой? Или просить кого-то из Келси? Но как? Телефон ведь не…

Экран загорелся. Работает. Уф.

Крис возвращается из туалета. Черт.

Шанс упущен.

Я открываю браузер. Ищу страницу для удаления профиля.

Снова пишут Келси. Я пишу в ответ. Руки трясутся. Велю девушкам быть наготове.

Бегу в туалет и умываюсь холодной водой. Руки больше не дрожат. Вижу в зеркале Дженджи Хопп. Она то ли волнуется за меня, то ли хочет сказать гадость. Я не даю ей раскрыть рта:

– Все хорошо!

21:21. Крис не покидает помост. Активно общается с толпой. Время поджимает. Почему, когда не надо, он подходит к делу с душой? Что здесь, что со «Шлюшками Рузвельта»…

Кайл и Пи-Бой идут к помосту. О чем-то совещаются. Уходят.

К Крису подходит незнакомая девица. Что-то говорит. Крис спускается с помоста. Играет готовый плейлист (намного лучше его диджейских потуг. Наконец-то Бейонсе!).

Я пишу Келси: «ПРИГОТОВИЛИСЬ».

Лезу в сумочку, хватаю магнит. В другой руке сжимаю телефон. Иду к сцене. Меня трясет. Перед глазами туман. Делаю глубокий вдох.

Пятнадцать шагов. Десять.

– Марго?

Это Эйвери. Он встает на пути к помосту.

– Что с тобой?

Эйвери волнуется. Даже встревожен. Или у него просто болит живот?

Говорю, что все отлично. Он не отстает.

Хочу сказать, чтобы оставил меня в покое. Но зачем-то смотрю ему в глаза.

* * *

Комната будто стала шире. За спиной Эйвери я увидела Клэр Джубелл, та стояла на танцполе, одна. На весь зал орали «Имаджин драгонс». Остро пахнуло выпускным вечером: едой, духами, потными телами. Не знаю, что заставило меня очнуться. То ли внезапное появление Эйвери, то ли его испуганный взгляд. Он искренне за меня беспокоится. Переживает. Я и забыла, каким он бывает милым.

Я увидела себя в безвкусных зеркальных стенах и наконец поняла, отчего ко мне пристают с вопросами. Вместо прически – воронье гнездо, по щекам текут слезы. Глаза щиплет от поплывшей туши. Не привыкшая ни краситься, ни плакать, я не сумела сдержать слез, и те попортили мне макияж.

В общем, я выглядела точь-в-точь как те неудачницы, которых выгоняют в конце очередного выпуска «Измени мне».

А еще на платье по всему подолу растеклось грязное пятно. Не знаю, откуда оно взялось.

В общем, выглядела я не лучшим образом. Но мне было плевать. Ноутбук остался без присмотра, нужно торопиться. Я повернулась к Эйвери, хотела повторить, что у меня все хорошо и не надо мне мешать. Не надо мучить меня вопросами. Если хочет помочь, пусть проваливает с дороги.

Однако вместо этого открыла рот, промямлила:

– Эм… Я не… кажется, я… – И разрыдалась во весь голос.

Эйвери обнял меня и усадил на банкетку в углу. Интересно, не злорадствует ли он, увидев в таком состоянии? Парни любят издеваться над бывшими. Хотя Эйвери не из таких. Он переживает искренне. Готов был выслушать каждое слово. И вообще выглядит отлично. Есть подозрение, что смокинг ему сшили на заказ, а не взяли напрокат в магазине готовой одежды.

Я пыталась успокоиться. Ничего не получалось. Я рассказала Эйвери все до мельчайших деталей: