Читаем Мандалор. Братство полностью

Разорвав рубашку на теле убитого Эл соорудила примитивный фитиль и затолкала его в дырку бочонка. Минут через пять началась свежая атака, вот только за минуту до того как поставили лестницы бочонок с дымящейся тряпкой перевалил через стену и затаился в груде хлама. С криком:-«А!» Новая волна атакующих пошла на приступ и когда уже защитники перестали успевать с перезарядкой и вот вот должна была завязаться рукопашная ахнул долгожданный взрыв. Эхо его прокатилось по домам и отозвалось крепкими матами с обеих сторон баррикады. Только у уцелевших солдат была единственная мысль — свалить подальше и спрятаться посильней. Пользуясь этим все штурмовые лестницы, что уцелели, были перетянуты за баррикаду и после расспросов героини мужчины разослали гонцов на другие улицы с пересказом устройства такой славной штуки. Вдохновлённые защитники принялись за изготовление, а Эл поняла, что может отлучится домой и смыть пот и поменять пропотевшую рубашку.

— Вы куда пропали неви Эл? Я волнуюсь за вас и места себе не нахожу.

— На баррикадах я, при деле.

— Лечите?

— Нет не успеваю. В основном приходится шпагой махать. Вот забежала рубаху сменить.

— Сейчас Трэна обед поднесёт.

— Это хорошо. А водоноса сегодня не будет?

— Навряд ли.

— Жаль, я хотела рубашку простирнуть, ну так ладно, что ж теперь о тряпках думать.

— Это да.

Сменив рубашку девушка дождалась обеда и нагрузив в корзину кувшины с вином отправилась на передовую.

На второй баррикаде творилось оживление. Со стороны солдат короны Белода стреляла небольшая пушка, а защитники в это время добавляли изнутри ещё пару слоёв мешков с землёй.

— Дочка, ты опять тут?

— А где мне быть. Вот напиток целебный принесла. Каждому по глоточку и то помощь.

— А вот за это отдельное спасибо.

— Я смотрю вы стену наращиваете.

— Да. Там пушку подкатили, правда маленькую. Вот мы и решили тоже укрепится. Трёх метровую стену земли они ковырять будут долго, а там глядишь и ближайший полк подойдёт. Всё ж солдаты не горожане, а народ по опытней.

Пушка уже часа три методично засаживала чугунные ядра в стену из мешков, но ощутимого результата это не принесло. За это время защитники успели перекусить и отдохнуть, а за врагом наблюдали мальчишки, которые залезли на крыши соседних домов.

Барабанная дробь известила о начале построения войск для атаки.

— А почему с чердаков не стреляете. Смотрите, чердачные окна позволяют с высоты бить врагов и он даже не сразу поймёт откуда прилетает.

— Вот бери ихний мушкет и дуй на чердак — проговорил мужчина кличущий Эл дочкой. — Ты неви и тебе не зазорно бить врагов с чердаков, а мужчинам не к лицу прятаться.

— Экие вы гордецы. Ладно пойду сама.

Три сумки с зарядами и три мушкета, молоточек для зарядки и шомпол. Вроде всё. Найдя как залезть на чердак Эл устроила себе снайперскую позицию и начала методично отправлять шарики свинца в тёплые объятия тел.

— Два выстрела в минуту, охереть какая скорость — рассуждала девушка, но главное позиция из глубины чердака позволяла стрелять точно и оставаться незамеченной. Через час закончилась первая сумка с зарядами, а ещё через пол часа прекратилась и атака. Сил на штурм явно не хватало и солдаты Белода начали возводить баррикаду со своей стороны. Видимо решили готовиться к ночи.

Две сотни шагов для мушкета была уже запредельная дальность, но девушка была знакома с понятием баллистики и вычислила необходимую точку прицеливания по ростовым мишеням. По этому со стороны чердака продолжали раздаваться выстрелы, а в рядах сине-серых увеличивалось количество убитых и раненых.

Мушкеты приходилось менять через каждые пять — шесть выстрелов, поскольку стволы успевали нагреться и перезаряжать оружие было весьма проблемно.

— Ты никак не угомонишься, дочка. Всё бахаешь и бахаешь. Попадаешь хоть?

— Да всего раза три промазала, а что.

— Ну коли так, то стреляй, а то я подумал, что ты дурная просто так порох жгёшь.

— Не, отец, я этому делу крепко учёная. Вон видишь куча и вон еще две — девушка показала рукой — все мои.

— Эка ты их. Кому скажи позору будет… Боне скажут, что могли и дома оставаться и всю оборону на тебя переложить.

— Но это ведь не правда. Результат такой, потому, что я безнаказанно могу их отстреливать, а все пули на себя принимает горожане.

— Хорошо, что ты это понимаешь и бахвалится не будешь. Ты это… Мушкетам дай остыть. Там раненых пара десятков, а ты говорила, что лекарь.

— Тогда пойдём, отец, поможем защитникам города.

— Пойдём, милая, пойдём.

Шок — это по нашему. Пол сотни мужиков молча смотрели как девушка лечила раненых. По началу даже глаза тёрли, когда нож в умелых руках изменил форму на хирургические щипцы, которыми красавица вытаскивала свинцовые пули из тел раненых, а потом буквально на глазах раны затягивались и человека будили и начинали вливать в него чудо напиток. Раненые приходили в себя и могли самостоятельно добраться до дома, чтоб окончательно набраться сил и завтра снова выйти на оборону города.

— Ну ты, дочка, волшебница.

— Не, отец, я только учусь.

— Горан, это правда твоя дочь?

— А, что хотел сватов засылать?

— Хочу.