Читаем Мамлюки полностью

Аль-Муиз обосновался в аль-Кахире не сразу, а лишь в 973 году. После этого Фатимиды стали править Египтом, несмотря на сопротивление аббасидских халифов.

Аль-Муиз умер в возрасте 45 лет. Его сын аль-Азиз правил Египтом после отца 21 год и пять с половиной месяцев.

Аль-Азиз

Интересно, что жена нового правителя была по происхождению русской и пользовалась большим влиянием. Она исповедовала христианство, а два ее брата были православными мельхитскими священниками, точнее патриархами.

Для своих будущих завоеваний аль-Азиз решил создать сильную армию. Он развил бурную деятельность, скупая тюркских и суданских рабов. Вскоре численность его войска выросла, и армия набрала мощь. Аль-Азиз настолько был уверен в ее силе, что построил специальную золотую клетку, в которой он намеревался держать пленных аббасидских халифов. Его мечте не суждено было сбыться.

При аль-Азизе начались постоянные распри между тюрками и чернокожим войском, что стало мрачной прелюдией эпохи мамлюков. В документах еврейской общины Египта тех лет, так называемой Каирской генизы (950-1150 гг.), сохранилось любопытное упоминание о тюрках, характеризующее их как «людей очень воинственных».

Аль-Мустансир

Новый фатимидский халиф аль-Мустансир (1036–1094 гг.) унаследовал богатую страну, а вместе с ней и армию с ее внутренними разногласиями. Он пробудил новую волну покупок тюркских пленников, но покупал также и суданских негров. Подобно тому, как Аббасиды в X веке оказались в зависимости от тюркских гулямов, а затем попали под власть Бувейхидов, Фатимиды в XI веке тоже стали заложниками переставшей подчиняться им армии. Борьба военачальников привела к анархии в войсках.

Сначала суданцы поддержали тюрков в их борьбе с берберами, которые потерпели поражение, а в 1051 году борьба развернулась между бывшими союзниками. В результате образовались две группировки: восточная (машрикия) и западная (магрибия). В 1062 году в решающем сражении тюрки наголову разбили суданских негров, и вышли из этого конфликта победителями.

Власть в Египте перешла к тюркским военачальникам. Они разорили богатую библиотеку, заставили аль-Мустансира выдать им сокровища фатимидской династии, а самого халифа отдалили от государственных дел и начали править страной от его имени.

Произвол тюркских эмиров был настолько невыносим, что в 1073 году аль-Мустансир тайно обратился за помощью к армянскому военачальнику Бадру аль-Джамали, правителю Акры. Тот прибыл в Каир со своим отрядом в декабре 1074 года. Тюрки, не знавшие о цели его приезда, приветствовали Бадра, который приказал своим подчиненным пригласить к себе на пирушку по одному тюркскому офицеру, а утром их головы уже лежали у ног аль-Мустансира.

Бадр установил собственную диктатуру и занял сразу три должности при фатимидском халифе: вазира, командующего войском (амир аль-джуйуш) и главы корпуса исмаилитских миссионеров (хади ад-дуат). Бадр и его наследники держали фатимидских халифов в руках, как иранская династия Бувейхидов держала в руках аббасидских халифов.

В этот период истории тюркские военачальники играли второстепенную роль в мусульманском мире, но на невольничьи рынки продолжала поступать так называемая «скифская сила», вывезенная из «горячих точек» Евразии.

Скифская сила

Византийская империя была крупнейшим центром работорговли средневековья. Она поставляла невольников на мусульманский Восток. Там их скупали султаны и многочисленные эмиры, пополняя личные гвардии.

В плен обычно попадали воины, взятые в ходе столкновений в различных точках Евразии. Среди них преобладали тюрки. Для черной работы они не годились, а цены на воинов были высокими.

Абу ал-Ала ибн Хассул в книге «О превосходстве тюрков над другими воинами» пишет: «Тюрки в своей службе никогда не падают так низко, как другие невольники, принужденные в плену подметать пол, и делать другую работу. В отличие от того, какими мы видим индийцев, румийцев, армян, или других рабов, невольничье положение тюрков всегда имело ограниченную силу и определенные пределы. Избавившись от оков, тюрок не будет чувствовать себя удовлетворенным, пока не станет во главе войска, или удостоится быть хаджибом, либо командиром крупного отряда и влиятельным военачальником в войске. Это не свойственно Хорасану, хотя эта земля граничит с их страной, но это наблюдается, например, в Египте, стране, которая является наиболее отдаленной от их родины, а также наиболее чуждой им по речи и языку».