— Видел кое-что. Только дедушка всё под замком держит. Скрытный он… Редко кому показывает. — Взгляд Васи неожиданно задержался на запылённом лемехе, который валялся под кроватью. Он поднял его и смахнул пыль. — Мне он, правда, вот что подарил… Помни, говорит, внучек, как мы артельную землю пахали…

— Ого! Лемех от тракторного плуга, — обрадовался Саша.

— Наверное, от того самого… от первого, — высказал предположение Юра.

— Вот бы в музей такую реликвию.

— Отличный экспонат!

— А вы берите, если надо, берите, — расщедрился Вася. — Мне не жалко.

— Спасибо… Мы с радостью. — Саша принял лемех, бережно завернул в газету, но прежде чем опустить его в портфель, задумчиво сказал, что лемех без сопроводительной надписи — просто кусок железа. Вот если бы Семён Иванович сказал про этот лемех какие-нибудь слова, объяснил, откуда он появился и что с ним связано, тогда бы ему цены не было. Но всё это надо узнать от самого деда Печкина, записать с его слов.

— Но ведь дедушка болен, — растерянно заметил Вася. — Не пустят меня к нему…

— Я понимаю, — задумчиво согласился Саша. — Семёна Ивановича беспокоить, конечно, нельзя. А может, так сделать…

И он посоветовал Васе расспросить обо всём других стариков колхозников. Они, наверное, многое могут рассказать, о дедушке — как тот за коммуну воевал, как в Москву ходоком ходил, как трактор раздобывал. И про лемех всё выяснить, и всякие документы о ветеранах колхоза собрать. А если Васе одному будет трудно справиться с такой работой, придётся ему привлечь на помощь других пионеров.

«Вот не было печали… ещё и привлекать кого-то», — с досадой подумал Вася, косясь через окно на улицу. А вдруг появится Анка, ворвётся в дом и испортит ему всю игру? Ох, поскорее бы отделаться от этих городских ребят.

— Ты понимаешь, — войдя в роль, наставительно продолжал Саша. — Было бы очень хорошо, если бы и у вас в колхозе появились свои красные следопыты. Тогда бы мы действовали заодно: установили бы связь, проводили вместе поиски, обменивались материалами. Правда, здорово?

— Да, да, понимаю, — забормотал Вася. — Ладно уж, подберу я ребят… будем искать, записывать. А дедушке полегчает, я у него и в больнице побываю…

— Ну, Вася, не знаю, как и благодарить тебя, — растрогался Саша. — Прямо сказать, ты нам, следопытам, первый друг и помощник. — И он, вопросительно посмотрев на Юру Кравцова, спросил, когда «Умелые руки» управятся с транзистором для деда.

— Мы не задержим, — сказал Юра. — Как Семён Иванович просил ко дню рождения — так и сделаем.

— Красота! — довольно улыбнулся Вася. — А может, и дедушка к тому времени из больницы выйдет — вот радость ему будет!

— Договорились, всё приготовим точно в срок, — заверил Юра и предложил Васе приехать к ним, в Дом пионеров, познакомиться с членами кружка «Умелые руки», выбрать на свой вкус образец транзистора.

У Васи внутри всё так ходуном и заходило. Ребята из города, как видно, не болтуны, к его письму отнеслись со всей серьёзностью, к делу уже приступили, а теперь даже приглашают его побывать у них в Доме пионеров. А уж там он постарается, чтобы дело шло побыстрее. Теперь можно считать, что транзистор у него в руках.

— Так приедешь к нам? — вновь спросил Юра. — Это же близко. На автобусе всего час езды.

— Можно, пожалуй, — согласился Вася.

— Ну вот и лады! — сказал Саша и стал прощаться: — Значит, мы обо всём договорились. Ждём тебя к себе. С новостями, с материалами. И почаще сообщай нам о дедушкином здоровье.

— А за транзистор не беспокойся, — кивнул Юра. — Сделаем самый лучший.

Вася проводил гостей до калитки, пожал им руки; дождался, когда они, спустившись с пригорка, повернули к автобусной остановке, и только после этого вернулся в дом.

6

Когда городские ребята уехали, Васю всё-таки охватили сомнения. До сих пор про деда никто ничего особенного не говорил. Дед был как дед. Мало ли таких дедов в деревне! Родители тоже ничем не выделялись. Мать работала рядовой дояркой, покойный отец — бригадиром-полеводом. Но то, что их семья оказалась не просто семьёй, а знатной колхозной династией, — это было событие, новость. И эту новость открыл не кто иной, как он, Вася Печкин. И пусть хоть это произошло случайно, благодаря его жалостливому письму городским пионерам, но всё же получилось необыкновенно здорово.

Только теперь надо крепко подумать, как вести себя дальше. Следопыты уехали, но про их задание забывать никак нельзя. А вдруг они ещё раз заявятся в колхоз и непременно пожелают побывать у дедушки в больнице. Значит, сейчас надо побольше собрать о нём материалов, укрепить неожиданно открывшуюся знаменитость деда. Нечего ему прибедняться, нечего ронять славу печкинской династии…

Но где и как найти материалы? Анке о приезде городских следопытов знать, конечно, не следует, но дневник, который она вела, мог бы ему пригодиться.

И Вася занялся поисками.

Анкин дневник — толстую тетрадь в клеёнчатой обложке — он нашёл в сенях, за ларём с мукой, но ничего особенного в нём не обнаружил.