Петр Синани

Малые желтоухи

В начале июня мне позвонила женщина.

– Здравствуйте! Не могли бы вы нас с детьми отвезти в Брянскую область?

– Да, конечно, давайте договариваться.

Договорились. Я приехал. Меня встретила девушка лет тридцати, полная, восточной внешности.

– Что-то шлагбаум не открывается, – говорит.

– Чего ж вы заранее не узнали? – спросил я.

– Да он сломан был последнее время, открыт всё время, видать починили.

– Понятно,– отвечаю,– Придётся сюда таскать, в принципе недалеко.

– Мать, мать, мать, – проматерилась она, – но придётся.

Сижу в машине. Они с сестрой, периодически матерясь, начали выносить вещи к подъезду.

Я потихоньку помогал им таскать к машине и грузить.

Когда я в очередной раз подошёл к подъезду, около него на лавочке сидела маленькая

черноглазая девочка.

– Здравствуйте, а меня Неля зовут.

– Привет! – отвечаю, – А я дядя Петя, повезу вас в деревню.

– Я поняла.

Мы помолчали.

–А угадайте сколько мне лет?

– Я думаю восемь.

– Нет.

– 13?

– Нет, мне одиннадцать лет. Я уже скоро буду большая.

– А кем ты хочешь быть, когда станешь большой?

– Ещё не решила. Либо художником по костюмам, либо милиционером.

Я удивился.

– А почему такой разный выбор?

– Не знаю. Я шью, вышиваю, плету узоры.

Она показала мне куклу мишки в кепке и майке с надписью

Твори добро,

Бро!

– Это я сама сделала. А ещё я пишу стихи и рассказы, – сообщила мне она, улыбаясь.

В подъезде открылась и хлопнула дверь, появилась её мама с сестрой и сумками. Они горячо

кого-то обсуждали.

– Мать, мать, мать такая, я б ему в ж…пу фен засунула.

– А я паяльник.

Переругивались они.

– Девчонки, ну ребёнок же, – сказал им я.

– Та ладно, она привыкшая, – отвечали они, но по притихли на время.

Я почесал в затылке. Мда.

Наконец всё было погружено. Маша, так звали маму, вывела маленького сына, мы сели в машину и поехали.

– А где третий ребёнок, – спросил я, – Вы же говорили, трое детей?

– Ну да, трое, – сказала Маша, устраиваясь на переднем сиденье, – Не поехала старшая. Пошли вы, говорит, на х..й со своей деревней, я здесь останусь.

Я покосился на детей, но промолчал.

– А как же она одна в Москве останется? Вы же на долго уезжаете, может навсегда?

– А да пошла она, пусть сама выкручивается, раз такая умная. Она у подруг каких-то своих осела из училища.

– Понятно, – сказал я и начал выруливать на улицу.