Читаем Мальтийское эхо полностью

— Что касается трости — это скипетр фараона. Она работает двояко: оказывает благотворное влияние или служит индикатором биолокации. Для работы биолокатором петля скипетра должна располагаться на ребре указательного пальца, а сам скипетр — на весу. Благотворными свойствами он обладает, если его удерживать за конец длинной части, — Вера говорила и вертела в руках трость, — Ну, и рычаг, и опора, и стукнуть больно можно. Да! Совсем забыла, — она всплеснула руками, — мне же Вадик соорудил волшебный аппарат — радиэстезический зонд. Он учился на факультете радиоэлектроники в Политехе, но с 5 курса его исключили за грубость в отношении декана. Этот декан запретил исследования по излучению знаков, нарисованных или предметов, формы знака или предмета. Я не буду вдаваться в тайны уже моих исследований. Их суть: распознавание графических форм с помощью использования «герметических знаний». Это мое «ноу-хау». А вообще, «дистантная диагностика» известна уже давно, но как генетика и кибернетика была вредна для советской идеологии. А сейчас от заказов отбоя нет. — Вера была горда и величава. — Ох, я принесу сейчас от Вадика воды и мороженое!

Около 23 часов Андрей был уже у Юлии Станиславовны. Вера с Ириной подбросили его до дома в Мучном, сами уехали на Смольный проспект. Вера жила там. На прощание она пообещала Андрею после возвращения с Мальты пригласить его в гости и показать, как прекрасен вид из ее окон на Смольный монастырь в вечернем освещении.

Юлия Станиславовна начала хлопотать на кухне. Паша сидел в другой комнате за компьютером. Андрей Петрович не отказался от предложенного чая и, присев на диван, взял в руки лежавший на столике альбом. Альбом был раскрыт на странице, где располагались иллюстрация одной из любимых картин Андрея «Странник над туманом» немецкого пейзажиста Фридриха Каспара Давида. Символизм и одиночество, характерные для полотен этого художника, легко и приятно ложились не только в приоритеты Андрея в искусстве, но и вообще в строй его души. Но почему альбом живописи в 700 страниц раскрыт на этой именно странице? Опять знак?!

Юлия Станиславовна подкатила к дивану сервировочный столик-тележку с чаем, вареньем и закусками. Услужливо постелила на колени мужчины тряпичную салфетку, проговорив:

— Вы, наверное, устали за рабочий день?

— Да, — промямлил Андрей.

— А позвольте полюбопытствовать — с чем связана ваша служба? И каковы успехи за этот день?

«Служба». Словечко театральных и военных людей. Андрей чуточку раздражился, но невежливо, право, ей было бы не спросить. А ему не ответить. Может быть в традиции тех, прежних женщин 19 века спрашивать за вечерним чаем мужчин об их делах, о прошедшем на службе дне.

— Да так, один… проект.

— Инженерный? Строительный? Архитектурный? А может быть творческий?

— Да, да, еще какой творческий! — Андрея «понесло». — Наша строительная компания намерена кое-что «сотворить» на острове Сицилия. Пока будем вести геологоразведывательную работу. Местные мафиозные структуры пытаются «вставить палки в колеса» прогресса. Ну да ничего: у нас свои палки! — он приподнял грозно трость.

Впечатлительная женщина закачала головой, заморгала и проговорила полушепотом:

— Необходимо заручиться государственной поддержкой!

Андрей чуть было не брякнул, что, мол, флот уже направлен к берегам Палермо, но осекся, вспомнив про мужа Юлии. Но так как по законам жанра даже в маленькой одноактной комедии финальная мизансцена должна быть как удар литавр, мужчина проговорил со значительным видом:

— Основные мафиозные структуры под контролем наших лучших дипломатов! У них связаны руки!

— Вы знаете, у моей Веры, сестры Иришки большие связи в дипломатических кругах! Может быть обратиться к ней?

— Мы рассмотрим этот вопрос на следующем заседании. Спасибо за чай. Очень вкусный. Пора «бай-бай», — и зевнул.

— Вот и чай Вера достает через этих дипломатов.

«Знаю… где, — подумал про себя Андрей, вспомнив слова Марии Родиславовны. — Любовник-таможенник-контрабандист во фраке и с верительной грамотой».

— Белье на стуле, диван можно раскинуть. Спокойной ночи, — и женщина удалилась «на цыпочках».

Мужчина устроился на диване, погасил свет. События дня вереницей парусников ускользали из сознания.

«С-тро-ительная компания. Троица авантюристов! Замечательно!» — услышал сквозь дремоту Андрей голос пани Марии.

Затем образ женщина трансформировался в образ странника с картины. Тот повернулся! Когда на полотне он стоял спиной к зрителю, поза его воплощала раздумья и волю. Он не боялся ни тумана, ни бездны за краем обрыва скалы, на которой стоял, опираясь на трость! Но сейчас на его лице была неизбывная печаль и тревога: «бездна вглядывалась в него». И вдруг снова решительность во взгляде! И трость превратилась в меч! И на груди мальтийский крест! И меч был воткнутый в камень! Странник развернулся лицом к бездне и стал в дозоре!