Читаем Мальчики в лодке полностью

В январе 1922 года у Гарри и Тулы родился первый совместный ребенок, Гарри-младший, а в апреле 1923 года у них появился и второй сын, Майк. К тому времени, когда родился Майк, жизнь в доме семьи Ранц начала разваливаться. Время больших мечтаний проходило мимо Гарри. Генри Форд придумал, а затем внедрил на своем заводе систему производства автомобилей с движущейся линией сборки, и скоро остальные последовали его примеру. Массовое производство, дешевая рабочая сила и большой капитал стали лозунгами того времени. И Гарри оказался на стороне дешевой рабочей силы. Весь последний год он жил и работал на золотодобывающем руднике в Айдахо, проезжая каждую пятницу двести с лишним километров по извилистой горной дороге домой, в Спокан, на своем длинном черном четырехдверном «Франклине» и возвращаясь обратно каждый воскресный вечер. Гарри был рад, что у него есть эта работа. Она приносила стабильный доход и позволяла ему использовать свои технические навыки. Для Тулы, однако, эти изменения означали только длинные, мрачные недели одиночества в доме, где некому было ей помочь, некому с ней поговорить тяжелыми вечерами, некому посидеть за обедом – только трем шумным мальчишкам – еще совсем крошечному младенцу, годовалому ребенку и невероятно осторожному и бдительному пасынку.

Однажды, сразу после того как родился Майк, в один из выходных приездов Гарри, посреди темной, безлунной ночи, Джо внезапно проснулся от запаха дыма и звука пламени, трещавшего где-то в доме. Он сгреб в охапку малыша, схватил Гарри-младшего за руку, вытянув его из кровати, и выбежал из дома вместе с ними. Через несколько мгновений его отец и Тула так же выскочили из дома в опаленной пижаме, растерянно выкрикивая имена своих детей. Когда Гарри увидел, что его семья не пострадала, он бросился обратно, в дым и пламя. Прошло несколько долгих минут, прежде чем его силуэт опять появился на фоне огня, в гаражном проеме дома. Он толкал рояль Нелли – единственную вещь, которая осталась от их брака. На его блестящем от пота лице застыла гримаса муки, каждый его мускул был напряжен, пока он упирался в большой рояль, грубо выталкивая его из дома, сантиметр за сантиметром, через широкие ворота. Когда инструмент был вне досягаемости огня, Гарри Ранц и его семья столпились вокруг него и, охваченные страхом, смотрели, как догорает их дом.

Стоя в мерцающем свете огненных бликов, глядя, как остатки крыши падают в огонь, Тула Ранц, вероятно, удивлялась, почему, во имя Всех Святых, Гарри решился рисковать своей жизнью, чтобы спасти именно рояль. Джо, которому на тот момент было девять, стоял рядом, и в нем опять проснулось то же чувство, которое впервые появилось еще на чердаке его тетушки, в Пенсильвании, пять лет назад – тот же холод, страх и чувство близкой опасности. Ему начинало казаться, что дом – это не то убежище, на которое всегда можно рассчитывать.

У Гарри Ранца просто не было другого выхода – он усадил всю семью в свой большой автомобиль и поехал на северо-запад, в сторону рудника, где последний год работал главным механиком. Основанная в 1910 году человеком по имени Джон М. Шнаттерли, шахта была расположена в самой северной части штата Айдахо, практически на границе с Монтаной, где река Кутеней текла на юг с земель Британской Колумбии. Сначала фирма называлась «Компания по добыче золота и радия в Айдахо», после того, как Шнаттерли заявил, что нашел радиевое месторождение, которое стоило миллионы. В итоге радия так и не обнаружили, и государство приказало Шнаттерли перестать называть шахту радиевой, и он, обрадовавшись, переименовал ее в «Компанию по добыче золота и рубинов Айдахо». Рубинами он называл небольшие гранаты, которые изредка находили среди отходов с шахты. К началу двадцатых годов в руднике добывалось совсем немного золота, рубинов или даже гранатов, если вообще добывалось хоть что-то. Это, однако, не останавливало Шнаттерли, и он все активнее привлекал неиссякаемый поток состоятельных восточных инвесторов, заманивая их вечеринками на своей роскошной яхте на пути в Кутеней, в свою шахту, и, в конце концов, каким-то образом уклонялся от возврата миллионов инвестированных долларов. Пока он занимался этими махинациями, он нажил себе много врагов, участвовал в трех перестрелках и получил три пулевых ранения за свои старания еще до того, как умер из-за взрыва на собственной яхте. Так никто и не узнал, был ли это несчастный случай или месть, но скорее дело попахивало последним.