Читаем Мальчик из поднебесья полностью

Деревня Асефы стояла посреди моря. А искупаться было негде! Вместо рыб плавали птицы, вместо кораблей — самолеты.

Есть в Африке страна Эфиопия. Она так высоко поднялась к небу, что даже деревья там расцветают голубыми цветами.

Вдоль улицы — голубые деревья! Как на детском рисунке. И все это быль.

В деревне Асефы тоже росли голубые деревья. Их было два. Больше не уместилось. Люди поднебесного острова только о том и думали, что уместится на их земле, а что — нет. Остров был похож на две капли. Одна чуть больше другой, а между ними узкая полоска шириной где в пять, где в шесть шагов.

На большом острове поместились четыре круглые соломенные хижины, на малом — круглая церковь. Оба дерева росли возле церкви, и там же выбивался из трещины в камне родник… Деревню, как и полагается, окружали поля. Все они помещались на уступах скал. В одном месте полоска, в другом — пятачок. К каждому такому полю приходилось выдалбливать в каменных глыбах каменные лестницы. На такое поле трактор не пригонишь. С трех сторон пропасти. Птицы, и те летают далеко внизу.

И все-таки эта высокая земля была кормилицей.

Беда пришла не сразу. Асефе исполнилось восемь лет, когда в сезон больших и в сезон малых дождей с неба не пролилось ни капли. Их милая земля, нежная, как козий пух, закаменела. Хлеб не родился.

И еще был год без дождя и без хлеба, и еще… И еще…

Все мужчины деревни ушли в город. Они надеялись заработать денег и купить зерна.

Асефа остался в доме с мамой, бабушкой, сестренкой, и еще у него была голубая птица с синими крыльями.

Мужчины в деревню не вернулись. Они все дальше и дальше уходили от родных гор, но всюду их встречала засуха.

Пересыхали ручьи, умирали реки. У источника, поившего деревню Асефы, такого всегда звонкого, пропал голос.

Даже голубая птица с синими крыльями куда-то исчезла.

Ночью Асефа выбрался из хижины.

Его окружили звезды. Они были всюду: над головой и у самых ног, много ниже их высокого острова. Асефа сказал им:

— Звезды, вы знаете все дороги на свете! Найдите на небе тучи и скорее пошлите их нам!

Звезды сияли длинными огнями. Наверное, им хотелось пить. Асефе тоже хотелось пить. Он пошел к роднику. Каменная чаша была полна, но раньше вода переливалась через край сверкающим потоком. а теперь всего лишь роняла капли. Так слезы капают.

И тогда женщины взяли самое дорогое, что у них было, — своих мальчиков и девочек и ушли в Лалибелу. Путь туда был тяжелый, с горы на гору. Но прошел слух: в Лалибеле голодающим дают пищу, а больным лекарства.

Три хижины опустели, а в четвертой осталась семья Асефы. Заболела и слегла его мама Уоркнешь.

Асефа и сестренка Таиту собирали в горах корешки, я бабушка Десета отбирала из них съедобные. Это была вся их пища.

Скоро мамы не стало.

И тут новая беда. Отказали ноги бабушки Десеты.

Асефа знал: спасения ждать неоткуда. Кто же вспомнит о деревеньке, торчащей посреди пустынного неба?

Но он ошибался.

Каждый раз, поднимая вертолет в небо, Володя Маков сурово хмурил брови. Это был у него такой способ поубавить в себе радости. Он летает, а другие — нет.

Задание на сегодня у него было сложное, даже опасное, но радости у Володи не убыло.

Он летел над Африкой!

«Африка! Африка! — прекрасная страна!» — напевал он песенку славного доктора Айболита.

Слова этой песни были чистой правдой.

Внизу шелковым серебром отливали эвкалиптовые рощи. Эвкалипт в Африке — гость, но гость желанный. За год деревце вырастает на четыре, а то и на шесть метров. И поэтому эвкалипты сажают, как в огороде растения. Подросшие деревца срубают, но через год соседний участок, уже непроходимая чаща.

Пошли желтые убранные поля. Возле Аддис-Абебы засуха пощадила землю.

Всюду — стада зебу. Зебу — горбатые пестрые коровы. Для африканца это корова как корова, а для европейца — невиданное животное.

Деревушки обсажены высокими кактусами — живой изгородью. Хижины все круглые, крыши соломенные, похожие на островерхие шляпы.

Земля вдруг словно оборвалась. Ухнула на тысячу метров вниз, а в пропасти не камни — просторная долина со змейкой реки. Вернее, это был только след реки, серый след без капли воды.

— Зона засухи, — сказал штурман.

— Вижу.

У Володи у самого горло пересохло: куда ни посмотри — измученная, очень больная или вовсе умершая пустая земля.

По горизонту стояли плоские, как столы, горы. Это было удивительно! Горы не выпирали в небо — они его держали.

Прошли над изумрудным безжизненным озером.

— Соленое, — определил штурман.

Так оно и было, потому что чуть дальше невзрачное пятнышко пресной воды сплошь покрывали крылья птичьего народа.

— Бегемоты! — закричал Володя и невольно повел вертолет на снижение. Грохот мотора спугнул какое-то стадо.

— Да это же антилопы! Самые настоящие антилопы, как в «Зоологии»!

И спохватился: помешал птицам и зверям жить своей жизнью. Вертолет тотчас взмыл в пустынное небо, лег на заданный курс.

— Внимание! — предупредил штурман. — Входим в заданный район.