Читаем Максим (СИ) полностью

Они познакомились. Сосед отрекомендовался Николаем, но сказал, что отзывается на "Ник", "Николь" и просто "Коля".

Устремленная ввысь красота храма науки пришлась провинциалу по душе. Любознательный мозг юноши к этому времени впитал множество хроник, эпических баллад и откровенных баек о великих ученых, приложивших свою руку, точнее, - свои мозги - к славе этого университета. И все- таки, и все-таки…

– Скажите, а в МАИ и в музей авиации экскурсий не будет? А в музей космонавтики? - поинтересовался он.

– Программой не предусмотрено, - ответил старший группы, неприязненно покосившийся на неспокойного подростка. Вероятнее всего, Максим нарвался на представителя чистой "неприкладной" математики. Юноша разочарованно вздохнул и уже не с таким энтузиазмом рассматривал портреты великих и места, где они творили. Самим олимпийцам творить предстояло в одной их просторных кафедр. Макс впервые увидел зал с амфитеатром расположенными столами.

– Лучше бы наоборот - шепнул он соседу. И на недоуменный взгляд пояснил - Преподаватель вверху, все остальные вот также, но вниз. И его всем видно и он видит, кто пишет, а кто в морской бой режется. И списать снизу вверх труднее.

– Интересно. Ты давай, запатентуй это предложение - отозвался Ник.

– Дарю.

На этот раз состязание умов решено было провести обстоятельно. В три этапа. С выбыванием. С суточными перерывами между раундами. С экскурсиями для желающих. С дипломами… Да что с дипломами. С президентскими стипендиями. А занявший первое место, абсолютный победитель направлялся для месячной ну, ознакомительной практики что-ли, аж в Кембридж! А занявший второе место - на две недели на отдых в… Не угадали, не в какой- либо Артек. В Испанию. Занявший третье место - на десять дней в Турцию. Ну и дальше, по убывающей (Представляю, что для программистов и физиков понапридумовано- вздохнул Ник).

Призы были аховые, и атмосфера математического братства немедленно улетучилась. Гомонящие автобусы, отвозившие ребят туда, возвращались назад с сосредоточенно-задумчивыми соискателями призов.

– Есть за что мозги посушить - подвел итог Николай, плюхаясь на застеленную кровать. - Все- таки, стипендия, и Испания или Турция, а? - пригласил он к обсуждению соседа.

– А Кембридж слабо? - подначил Максим.

– Э, брат, на этот счет губозакаточную машинку выдадут незамедлительно.

– Это почему же?

– Занято, Макс, уже занято. Не понимаешь? Уже и билеты заказаны. Есть один гений. Ну, не гений, но с большой головой и еще большим папой. Ну, не самого детка, а где-то рядом.

– Но это нечестно!

– Да брось ты. Как маленький, - сладко потянулся Ник. - Он, действительно, молодчина. У него уже международные публикации. Так что, не он под первое место планируется, а первое место, то есть приз - под него.

– Ну, это посмотрим.

– Ого! - прокомментировал Николай. - Молодец. Еще не обломали?

– А тебя уже?

– Ладно, не ерепенься. Я же так, для сведения, - примирительно пробурчал юноша и потянулся за толстенным математическим фолиантом. Гостиница погрузилась в предэкзаменационную тишину. Максим, и не собиравшийся готовиться, вышел в коридор и набрал врезавшийся в память номер. Пора.

– Слушаю, - гулко и зловеще, словно из преисподней, прогудел страшный по своей силе голос. Но и Максим уже был уверен в своей странной, пугающей его самого силе.

– Есть дело, Ржавый - твердо проговорил юноша в трубку.

– Это ты, милое дитя, - протеже Ираклия? Добро пожаловать, - зловеще завибрировала трубка.

– Зови меня Архаил - представился подросток.

– Сегодня в восемнадцать, в Углах, устроит? - что- то дрогнуло в трубке.

– Вполне. Только Червень, будь сам. Вопрос исключительной важности.

– Догадываюсь, юный мститель.

На это связь прервалась и Макс пошел уточнять, что же это за Углы такие и как до них добираться.

Углы оказались одной из новых узаконенных свалок, сразу же облюбованных боевиками разного калибра для разборок. Подкупала безотходность процесса - все погибшие здесь же зарывались и здесь же сгнивали вместе с остальными отбросами человеческой жизнедеятельности. Здоровенные, выписанные откуда- то из- за бугра бульдозеры, ежедневно разравнивали все эти кучи, огороженные похожими на крепостные стенами, затем загружали все это в бездонные баки, где все и перегнивало. Выделяющийся метан помогал столице обогреваться в лютые зимние стужи. Не бог весть какая помощь, но во - первых - почти даром, а во вторых - и от всей этой гнили хоть какая-то польза.

Максим приехал сюда на такси - иной транспорт на свалку не ходил. Мнда, нашел босс местечко для свиданьица. Мало того, что вонь, так еще целый лабиринт стен, груд мусора, какие-то золотари копошатся, грейдеры стоят…