Читаем Магистр ее сердца полностью

И на сей раз Алька поняла, что же происходило: она потянула к себе одну из точек невидимой нитью, и тут же кончики пальцев запекло. Сильно. Так, что она, вскрикнув, отдернула руку, но тут же что-то зашуршало, заскрежетало тихонько… Алька уставилась на белоснежного пушистика, выдирающегося из бумажного листа, разрывающего невидимую пленку, отделяющего его от реального мира.

— Н-да, — пробормотала она нерешительно.

Пушистик укоризненно посмотрел на нее, вытянул голову на короткой шее и лизнул в ладонь. Глаза у него были именно такими, как Алька и рисовала — беличьими, блестящими и очень ласковыми.

Выбравшись на волю, пушистик потопал всеми четырьмя толстенькими лапами, расправил полупрозрачные, словно слюдяные крылышки, а затем легко оттолкнулся от пустого теперь листа бумаги и поднялся в воздух. Летал он… смешно. И крайне неуклюже. Имея крылья дракона, почему-то порхал, как бабочка — и Лива вдруг тихонько хихикнула, зажав рот ладошкой.

— Ну вот, — сказала Алька, — нравится?

Лива закивала, протягивая руки к этому странному существу.

"Иди, — попросила мысленно Алька, — иди к ней. Она твоя хозяйка".

Ощущение рвущейся нити. И белый мохнатый дракон мягко спланировал в руки девочке.

— Дарю, — сказала Алька, — думаю, теперь он твой. Не знаю, правда, что он ест…

— Подозреваю, что мясо.

Мариус.

Алька вздрогнула от неожиданности. Лива схватила в охапку зверька, прижала к себе. А пушитое создание, вырвавшись из ее рук, гибкой лаской нырнуло в горловину ее рубашки и затаилось где-то за пазухой.

И как он ухитрился войти в кабинет совершенно неслышно?

Алька вздохнула. А чего она хочет? Он — бывший страж Надзора, а теперь Магистр. Многое может, и многое умеет.

— Мариус, — она быстро подошла к нему, порывисто схватила за руки. Но, заглянув в глаза, поняла: магистр весьма недоволен происходящим.

Он не обнял, не прижал к себе. Только взял ее лицо в ладони, несколько минут молча вглядывался, как будто впервые видел.

А потом мягко произнес:

— Лива, иди к маме. А нам с тобой, Алайна, надо поговорить.

* * *

Чуть скрипнув, закрылась дверь.

Алька с замирающим сердцем пыталась что-либо прочесть в карих глазах Мариуса — и не могла. Все равно что смотреться в темное зеркало. И оттенок вишневого ликера, обычно дарящий тепло, куда-то исчез. На Альку смотрела пустота — тяжелая, холодная и… усталая.

Мариус отпустил ее и, резко отвернувшись, отошел к окну. Там темнело, с неба сыпало снежной крупой — она тихо шелестела по отливам, по стеклам. Магистр Надзора стоял, повернувшись к ней спиной, и молчал. А ей казалось, что у него даже плечи опускаются под той тяжестью, которую она не видит.

— Это ты подарила принцессе бабочку, верно? — наконец тихо спросил он, не оборачиваясь, — не нужно было… это опасно, Аля.

И было что-то в его голосе такое, что слезы мигом навернулись на глаза.

Но ведь она… не сделала ничего ужасного, чтоб он так расстраивался?

Или потому, что… та девочка… оказывается, принцесса? Дочь Его Величества?

— Я понятия не имею, что за магический дар в тебе проснулся, — медленно продолжил Мариус, качая головой, — бабочка до сих пор жива, порхает по спальне, грызет колбасу. Алечка, ты понимаешь, что нормальные, обычные бабочки не должны есть мясо? А если это необычная бабочка, мы ведь тогда не знаем, что это на самом деле. К тому же, все это опасно для тебя. Некоторые… особо рьяные придворные любят копаться в чужом прошлом, в том, что их не касается…

Она сцепила руки на груди. Похоже, сделала большую глупость, когда попробовала применить магию к рисункам. Просто не подумала о возможных последствиях, просто хотела сделать детям приятное… И как же теперь исправить?

— Я… — прошептала Алька, — прости… я не буду так… больше. Не подумала…

И уронила голову. Едва заметила, как Мариус обернулся, и пискнула, оказавшись прижатой к нему, в капкане его рук, совершенно каменных. Он запустил пальцы ей в волосы, притиснул к плечу щекой, сильно, жадно… Уткнулся носом в макушку, тяжело, с присвистом, вдохнул.

— Маленькая моя, — услышала Алька шепот, — моя птичка. Как я боюсь за тебя. Думал, что после Магистра никто нас не потревожит, но враги были и будут. Принцесса может указать на тебя своему отцу… А его советник копает под нас с тобой. Узнал, что ты была двуликой. Хвала Пастырю, что они пока не знают, что ты у нас тоже принцесса…

— А что будет, если узнают? — выдохнула она, обхватывая Мариуса за пояс.

— Будет лучше, если не узнают никогда.

Он потянул ее за собой, ногой отодвинул кресло и уселся.

— Иди ко мне.

Усадил на колени, так что их лица оказались напротив, запустил пальцы в волосы, прижался лбом к ее лбу.

— Как прошел твой день? — прозвучало глухо.

Алька подалась немного вперед, коснулась легким поцелуем его губ.

— Спокойно. Очень спокойно. Мы обошли дом, не обнаружили ничего пугающего. Аманда и Бертран, как мне кажется, хорошие люди. А еще теперь Телора с дочкой… Откуда они?

Ей показалось, что лицо Мариуса дернулось, на миг сквозь столь любимые черты проступила гримаса отвращения.

— Я нашел их… в башне. Опытный материал…