Пышный расцвет природы ассоциировался у древних славян с молодостью, красотой и влюбленностью, поэтому в купальскую ночь особенная активность была присуща молодым людям. Эмоциональный подъем и избыток жизненных сил заставляли их совершать немыслимые, безрассудные шалости, на которые обычно люди старшего поколения смотрели сквозь пальцы. Считалось, что если человек, по отношению к которому было направлено то или иное шутливое действие, проявлял озлобленность и разгонял молодежь, то он находился во власти нечистой силы и являлся колдуном.

Главная архаичная особенность языческой ночи Купалы состояла в снятии всяких запретов на взаимоотношения между мужчинами и женщинами. Христианство резко осуждало разгул плотских чувств, бурно проявлявшийся в течение этой ночи. Однако данное действие воспринималось язычниками как ритуал, направленный на плодородие земли и природы в целом.

Ночь на Ивана Купалу – самый яркий и любимый восточными славянами праздник, основные черты которого сохранились в народе вплоть до середины XX века, несмотря на запреты и преследования верующих Церковью и государством.

Стихия воды в русской литературе и фольклоре

У древних славян предания, обряды, события и предметы выражались словом, которое было неразрывно связано с понятием. Названия определяли верования и события, из них возникали мифы и сказания. Повторение удачных выражений фиксировалось и не изменялось, поэтому язык стал формой существования преданий. Ученые утверждают, что славянам было присуще поэтическое воодушевление, причем в массовом порядке. Отдельные лица, которых бы в более поздние времена причислили к поэтам, таковыми не являлись. Они всего лишь верно и ярко передавали чувства или факты, известные всем. Хотя эпические певцы были скованы рамками традиций, они изначально создавали такие метафоры и уподобления, которые отражали совокупность физических и нравственных ценностей народа. Мифологические сказания органично перетекали в героический эпос, который на определенной стадии общественного развития славян, когда к мифам стали добавлять сказания о реальных людях, сменился былинным эпосом. Из последнего возникла сказка. Современные былины, заговоры, молитвы, клятвы, приметы, суеверия, сказки, пословицы, а поговорки имеют один исток: в их основе лежат эпические предания.

Пожалуй, самым известным произведением древнерусской литературы о стихии воды является былина о приключениях новгородского гусляра Садко. Никаких особенно героических подвигов он не совершал и попал в подводное царство только потому, что не сдержал данного Водяному царю слова, но в повествовании ярко воспроизведено народное понимание стихии воды и некоторых природных явлений. Еще одно не менее известное произведение на тему водной стихии – поэма В. А. Жуковского «Ундина». Это трогательное повествование о попытке русалочки обрести душу, облеченное в прелестные стихи, напоминает сказку Г. Х. Андерсена. Из злобного водного духа, каким все народы считали русалок, она превратилась по воле автора в милого и капризного ребенка, которому недоступно понимание человеческого горя и жалости.

Стихия воды в творчестве А. С. Пушкина представлена неоднозначно. Если в стихотворении «К морю» она является символом абсолютной свободы и с восторгом приветствуется автором, то в «Метели» и «Бесах» воспринимается в качестве силы, враждебной человеку и побеждающей его. В «Медном всаднике» Нева, затопляющая Санкт-Петербург, представляется одушевленным существом, обрушившим свой гнев на людей. Наводнение становится фатумом, роком, а человек не в силах противостоять ему и вынужден признать свое бессилие перед разбушевавшейся стихией.