Читаем Магия в долг полностью

— Я забрал последнее, что у тебя было. Твою волю, твои воспоминания о том, кто ты, — он поднял ее на ноги, она покачнулась, но он удержал ее.

— Зачем? — голос Марен был едва слышным.

— Ты нарушила сделку, — он пожал плечами. — И я хотел увидеть, смогу ли.

Она охнула, голову сдавило, но в этот раз боль утихла, но голова уже не кружилась. Она пульсировала, но слабо, но это было хуже боли. А потом вернулись воспоминания. Они были четкими и настоящими, кроме последних нескольких минут. Она их видела, но они были туманными, словно она смотрела снаружи. Но она осознала реальность и была в ужасе. Ее глаза открылись, но мир казался другим. Было не так темно, как пару минут назад, но размыто, словно она смотрела через грязное окно. Керн смотрел на нее и ждал. Она все еще была в его руках, она пыталась вырваться и рухнула на пол.

— Прошу, — взмолилась Марен. — Не делайте этого, — она теряла себя до этого, а теперь потеряла вовсе. Керн управлял ею. Она не могла даже думать, чувствовать… — Прошу, — гордости не осталось. Она будет молить. Она сделает, что угодно. — Убейте меня. Я все равно умираю.

Он только рассмеялся.

— Так просто не будет. Думаю, ты будешь полезнее, чем я представлял.

Магия снова ударила, и Марен схватилась за голову.

— Нет, нет, нет, нет, нет… — она не понимала слезы на щеках. Она не понимала, почему лежит на полу. Она не понимала…

— Марен.

Мужчина стоял в паре футов от нее. Керн. Он ей не нравился. Он ранил ее.

— Марен, подойди сюда.

Что-то в ней буйствовало, но не так сильно, чтобы бороться с приказом. Она поднялась на ноги, не замечая агонию от движений, и пересекла расстояние между ними.

— Умница, — он поправил тунику и прошел к двери. Он открыл дверь и оглянулся.

Снова странное ощущение в голове, а потом…

— Нет, — в ужасе закричала она, поняв, что снова произошло.

— Да, Марен. Ты теперь моя.

Дверь за ним закрылась, и она осталась одна. У нее не было сил плакать. Она сидела, охваченная отчаянием.

* * *

Когда она покинула кабинет отца, было темно. Не важно. Теперь все было темным, и не только образно. Она все еще смотрела как сквозь дымку. Может, это останется, как и боль, что не утихала.

Марен брела по коридору в комнату, часто останавливалась, чтобы найти равновесие. Она дважды споткнулась о край ковра. В третий раз она споткнулась и схватилась за стол, сбив вазу. Она разбилась, звук отразился от мраморных стен. Она услышала кого-то за собой и пыталась спешить. Ее комната была в паре дверей отсюда.

— Марен?

Кира. Только ее сейчас не хватало.

— Я в порядке, — она прижала ладонь к стене для поддержки, но не обернулась. — Я заблудилась в темноте и сбила вазу, — она сделала еще шаг и почти упала.

— Марен, ты не в порядке, — удивительно, но Кира поймала ее за руку и удержала.

— Спасибо, — она попыталась отойти, но Кира не пустила.

— Марен, — она замешкалась и осмотрела коридор. — Позволь помочь. Тебе плохо.

Она думала, что это шутка. Но Кира выглядела серьезно.

— Может довести меня до моей комнаты?

Кира дала Марен обвить рукой ее плечи, и они медленно пошли в ее комнату. Марен села на кровать и закрыла глаза.

— Еще раз спасибо, — она взглянула на Киру. — Не знаю, какое тебе дело. Ты меня ненавидишь.

Кира покраснела.

— Я не ненавижу тебя, Марен. Мне не нравится, что Филипп выбрал тебя, а не меня.

— Уже нет.

Кира покачала головой.

— Нет, Филипп всегда выберет тебя. Даже когда ты выбрала другого.

Она не знала, что сказать такой Кире.

— Помочь тебе с платьем?

Она невольно кивнула, и Кира начала расстегивать пуговицы на спине. Платье упало с ее плеч, и Кира охнула.

— Твое плечо… — она обошла и охнула снова. — Что случилось?

Марен посмотрела на плечо и сама чуть не охнула. Она не понимала, как потемнели линии, как далеко они разошлись по ее телу.

— В ночь, когда Керн был в замке, он напал на меня, — не важно уже, кто знал.

— Но почему?

— Я помешала ему получить желаемое.

Кира думала, глядя на плечо Марен.

— Так слухи — правда?

— Какие слухи?

— Что ты умираешь.

Марен глубоко вдохнула.

— Да, это правда.

СЕМНАДЦАТЬ

Ладонь обвила руку, которую не удерживал Керн, и Марен поняла, что это Адаре.

— Думаю, Марен нужно присесть на пару минут. Я могу ее украсть?

Керн слабо кивнул.

— Конечно. Я присоединюсь через минуту.

Они отошли от группы, и ей тут же стало лучше. Но в норму ничто не вернулось.

Каждый раз Керн загонял боль глубже, и она уже не проходила. Теперь была не только боль. Марен не ощущала себя правильно, не могла понять, что реально, а что — нет.

Но подальше от Керна было лучше, пока он не послал «напоминание», от которого она на миг задержала дыхание. Адаре заметила и обвила рукой ее талию. Краем глаза Марен заметила, как Филипп сделал шаг в ее сторону, а потом спохватился и повернулся к леди рядом с ним.

Адаре подвела ее к диванчику в углу.

— Марен, я беспокоюсь.

Она не могла ее винить. Каждое утро, глядя в зеркало, она тоже так себя ощущала. Она была бледной, осунувшейся. Даже синее платье, что должно было подчеркнуть ее глаза и добавить румянца щекам, не помогало.

— Я умираю, Адаре. Ты ничего не можешь сделать. Я ничего не могу сделать.