Читаем Магия обмана. Том 2 полностью

— Можно я тоже попрошу? — голос срывался, дрожал от праведного гнева, мгновенно поднявшегося в душе после слов отца. — Не надо. Прошу, не надо все время говорить гадости о моем будущем муже. Он ничего не сделал дурного или предосудительного!

Сердце колотилось, я чувствовала, как пылают щеки. На язык просились колкости, пришлось изо всех сил стиснуть зубы, чтобы только удержать ядовитые слова. В маминых глазах стояли слезы, на меня она не смотрела и руку убрала. Отец зажмурился, вцепился пальцами в плечи и молчал. Лицо лорда Адсида, отстраненного и хладнокровного, не выражало вообще никаких эмоций и казалось высеченным из камня.

Воцарившаяся тишина давила на меня, а чужеродная злость подпитывала мою собственную ярость. Потому сдерживаться было очень сложно.

— Прости, — глухо прозвучавшее слово разбило молчание. — Мне не стоило упоминать его.

Отец сердился, но, кажется, на себя. И правильно! Нечего возводить напраслину!

— Госпожа Льяна, — красивый и мелодичный голос лорда Адсида прозвучал совершенно спокойно, будто перед ректором не разыгрывался семейный скандал. — Надеюсь, вы правильно поймете мою просьбу. Мне хотелось обсудить с вашими родителями некоторые вопросы, касающиеся вашего отъезда и подготовки к нему. Только с вашими родителями.

Опекун встретился со мной взглядом, и время будто замерло. Я смотрела в серые глаза Шэнли Адсида, видела в них тревогу и чувствовала его… обреченность. За короткие мгновения осознала, что именно произошло сейчас между мной и отцом, стала ясна причина, по которой меня теперь отсылали. Было жутко, сердце захолодело, на глаза навернулись слезы. Больше всего на свете хотелось если не обнять Шэнли Адсида, то хоть дотянуться до его руки. Лишь бы наши дары снова стали едины! Лишь бы морок пропал, сметенный янтарным сиянием изумительно красивого дара!

— Я снова отреагировала на имя, — прозвучало полувопросительно-полуутвердительно и очень тихо.

— Да, — едва слышно ответил он, не скрывая сожаления.

— Я прошу за это прощения, — все еще не отрывая взгляда от опекуна, прошептала я.

— Вы не виноваты, — он легко покачал головой. — Я не знаю, как они это сделали, поэтому не могу ограничить их влияние.

— Нальяс всегда говорил, что мы не знаем силы тех, что пришли из другого мира, — примирительно сказал отец.

— Не сердитесь на меня, — попросила я, посмотрев на родителей, но все же остановив взгляд на Шэнли Адсиде.

— И в мыслях не было, — заверил опекун. — Удивительно, что к вам так быстро вернулась ясность ума. Раньше на это требовалось несколько часов. Возможно, растущая устойчивость к магии драконов — проявление особенностей вашего дара. Вы наверняка слышали о Наральисе из Вотторна, — его брови вопросительно изогнулись, а взгляд обратился на моего отца. — Он был первым Пророком в своей династии. Его однажды попытались приворожить Либесерум, но у Пророка это сильнейшее средство вызвало не больше влюбленности, чем обыкновенная вода.

— Вы старательно пытаетесь подвести нас к мысли, что Льяна — Пророк, — хмуро ответил отец.

— Не я, — лорд Адсид обезоруживающе улыбнулся. — Жизнь пестрит доказательствами. А теперь, когда я знаю, что сила магического дара господина Нальяса значительно превышала тройку, я убежден в правильности предположений.

— Даже если это правда, как это поможет Льяне отказаться от брака? — в мамином голосе послышалась надежда, что все еще обойдется, все можно отыграть назад.

Жаль было видеть, как ожидание чудесного спасения на ее лице сменяется разочарованием.

— Боюсь, сейчас это ничего не изменит, — вздохнул опекун. — Что бы там ни думали о новом Пророке Его Величество и наши восточные союзники, госпожа Льяна принесла драконьему высочеству клятву на крови.

Отец нахмурился, раздраженно дернул головой, но промолчал, давая лорду Адсиду договорить.

— Меня в этой ситуации радуют два обстоятельства. Во-первых, это была лишь клятва, принуждающая к скорейшей встрече и соблюдению верности. Во-вторых, господа драконы не знакомы с силой и возможностями Пророков. Госпоже Льяне уже удалось однажды противодействовать исключительно хитрой почтовой привязке, изменяющей мировоззрение не слабей неназываемых имен. Мы все только что были свидетелями тому, как выросла сопротивляемость госпожи Льяны. Для господ драконов это станет неприятной неожиданностью.

Он посмотрел мне в глаза и твердо закончил:

— Поэтому я очень надеюсь, что госпожа Льяна в нужный момент сохранит трезвость мышления и будет решать свою судьбу сама.

Я робко улыбнулась. Его вера в меня льстила, давала силы бороться.

— Может, есть способ ускорить развитие дара? — спросил отец.

— Я поговорю с леди Арабел, — пообещал опекун. — Ее дар тоже пробуждался несколько схожим образом. Она постарается помочь.

Гости ушли, слуги убрали со стола. Лорд Адсид распахнул в кабинете окна и любовался цветущими плодовыми деревьями в университетском саду. Вечерний воздух бодрил, полностью восстановленный Льяной резерв укреплял чудесную уверенность в том, что любая задача будет по силам, любая загадка — по зубам.