Читаем Магия и смерть полностью

Понаблюдав за ним несколько секунд, маркиз слегка улыбнулся - молодой герцог относился к своим обязанностям серьезно, но достаточно уравновешенно. Несколько романтичен - но какими были в девятнадцать мы сами? Во всяком случае, ни его способности, ни благородство сомнений не вызывают. Кровь королей Англии всегда дает о себе знать.

- Миледи, - мягко произнес сэр Пьер. - Прибыли следователи герцога.

Миледи Элис, графиня д'Эвро, сидела на обитом золотой парчой кресле. Около ее кресла с лицом очень серьезным и печальным стоял отец Брайт. На кричаще ярком фоне стен приемной две их фигуры выделялись словно чернильные кляксы. Обычное для священника черное одеяние отца Брайта оживляла только ослепительная белизна кружевного воротничка и манжет. На графине было черное бархатное платье - графиня всегда ненавидела черный цвет, и в ее гардеробе не нашлось ничего подходящего, кроме траурного платья, сшитого восемь лет тому назад, когда она хоронила свою мать. Казалось, что от печального выражения лиц черный цвет становился еще чернее.

- Пригласите их, сэр Пьер.

Голос графини звучал ровно и спокойно.

Сэр Пьер распахнул дверь, и в комнату вошли трое - один одетый как дворянин и двое в ливреях герцога Нормандского.

Дворянин поклонился и сказал:

- Лорд Дарси, главный уголовный следователь Его Высочества герцога и ваш слуга, миледи.

Говоривший был высоким шатеном с худощавым, довольно приятным лицом. В его англо-французском отчетливо ощущался английский акцент.

- Рада познакомиться, лорд Дарси, - сказала графиня. - Это наш викарий, отец Брайт.

- Ваш слуга, преподобный отец.

Затем лорд Дарси представил своих спутников. Первый из них, седеющий уже человек, смотревший на мир сквозь пенсне в золотой оправе и всем видом напоминающий ученого, оказался доктором Пейтли, хирургом.

Довершал компанию невысокий, коренастый, краснощекий мастер Шон О Лохлейн, волшебник.

Как только мастер Шон был представлен, он вынул из своей поясной сумки маленькую книжечку в кожаной обложке и протянул ее священнику:

- Моя лицензия, преподобный отец.

Отец Брайт мельком просмотрел документ: все как надо, подпись и печать архиепископа Руанского. К таким вещам закон относился довольно строго, ни один волшебник не имел права практиковать без разрешения Церкви, и лицензию выдавали только после тщательной проверки деятельности волшебника на ортодоксальность.

- Вроде бы все в порядке.

Священник вернул книжечку. Коротышка-волшебник раскланялся и снова положил ее в свою сумку. В руках лорда Дарси появился блокнот.

- А теперь, как это ни прискорбно, нам придется проверить несколько фактов.

Справившись со своими записями, он посмотрел на сэра Пьера:

- Насколько я понимаю, это вы обнаружили тело?

- Совершенно верно, ваше лордство.

- И как давно это произошло? Сэр Пьер взглянул на часы. Было девять пятьдесят пять.

- Чуть меньше трех часов назад, ваше лордство.

- В какое время точно?

- Я постучал в дверь ровно в семь, а зашел минутой или двумя позднее ну, скажем, в семь ноль одну или семь ноль две.

- Откуда вы знаете время с такой точностью?

- Милорд граф, - немного натянуто ответил сэр Пьер, - всегда настаивал на пунктуальности. У меня образовалась привычка регулярно справляться по часам.

- Понятно. Очень хорошо. А что вы сделали потом? Сэр Пьер вкратце описал свои действия.

- Так, значит, дверь в его покои не была заперта?

- Нет, сэр.

- Вас это не удивило?

- Нет, сэр. Она никогда не бывала заперта, все эти семнадцать лет.

- Никогда?

Бровь лорда Дарси вопросительно поднялась.

- Не бывала заперта в семь утра, ваше лордство. Милорд граф всегда вставал ровно в шесть и отпирал дверь где-то между шестью и семью.

- Значит, на ночь он запирался?

- Да, сэр.

Лорд Дарси с задумчивым видом записал что-то в свой блокнот, но возвращаться к этой теме не стал.

- А уходя, вы заперли дверь?

- Совершенно верно, ваше лордство.

- И она так и заперта с того времени? Сэр Пьер помедлил и вопросительно посмотрел на отца Брайта. Ответил священник:

- В восемь пятнадцать мы с сэром Пьером вошли туда. Я хотел взглянуть на тело. Мы ничего не трогали и ушли в восемь двадцать.

Мастер Шон О Лохлейн явно встревожился:

- Э-э... извините меня, преподобный отец. Надеюсь, вы не провели обряд святого помазания?

- Нет, - ответил отец Брайт. - Я решил, что лучше уж отложить это, пока власти не ознакомились с... э-э... местом преступления. Мне не хотелось создавать дополнительные затруднения следствию.

- И очень правильно, - пробормотал лорд Дарси.

- И никаких, надеюсь, благословений, преподобный отец? - продолжал волноваться мастер Тон. - Никакого экзорцизма или...

- Ничего, - довольно раздраженно перебил его отец Брайт. - Думаю, я перекрестился, когда увидел тело, но и не более того.

- Перекрестили себя, сэр? И больше ничего?

- Ничего.

- Ну, тогда все в порядке. Простите мою настойчивость, преподобный отец, но любые миазмы зла, оставшиеся неподалеку, являются очень важными уликами, и их ни в коем случае нельзя рассеивать до проверки.

- Зла?

Миледи графиня была явно поражена.

- Извините, миледи, но... - сокрушенным голосом начал мастер Шон.