закрываю на семь замков и семь ключей,

на тысячу дней и тысячу ночей,

огораживаю не огород, а тело

от всякого разбойного дела:

от врага близкого,

от врага далекого,

от человека низкого,

от чина высокого,

от батогов, кнутов, кулаков,

от посягательств и надругательств,

от принужденья и избиенья,

от зверства и коварства,

от колотья и резанья,

от кирки железной

и от пули медной.

Отведи, Господи, от дитя:

всякие лиха, всякие напасти,

от чужого плена страсти.

А кто мое дитя бить, убивать начнет,

тот сам от лиха умрет.

Призываю в свидетели

Максима Исповедника

и тех, кто жил при Благовещенье.

Святые мученики,

Святые Великомученики,

будьте защитой от всяких мук

моему сыну, рабу (имя). Аминь. Аминь. Аминь.

Цыганская петля

Из письма: «Мой сын стал наркоманом. У нас рядом живут цыгане, они торгуют наркотиками. Все об этом знают, а им все нипочем. Пошла я как-то к цыганке этой и стала с ней ругаться, чтоб не разживалась на наших детях, на их здоровье.

Цыганка нагло и абсолютно спокойно мне заявила:

– Ори, не ори, а будет так, как я хочу. Да, носят деньги и будут носить. Ваши русские дураки все в моей цыганской петле сидеть будут.

Женщины мне говорили, что делает она колдовством петлю. И все идут к ней и никуда не могут деться из этой петли».

Не знаю, есть ли в вашем случае место «петле», но мастера действительно знают, что если надеть петлю на человека, то есть отчитать на его имя порчу петли, то человек привязывается к определенному месту и идет туда, как к удаву кролик.

Снимают петлю с человека так. На одной веревке вяжут три петли, затем зажигают с заговором:

Петля, петля, где шея твоя? Быть в петле зверю, волку хромому, глухарю глухому, а не рабу (имя). Аминь. Аминь. Аминь.

Еще раз о страхе

Продолжаю тему обучения «О страхе» и его лечения.

Есть такое выражение у мастеров «Вогнать во страх». Эта порча заслуживает более подробных объяснений, так как если человек ни с того ни с сего стал всего бояться, то жизнь его может закончиться в психбольнице. И потому нужно срочно начать лечить, до того как врачи начнут воздействовать «успокоительными» средствами на больного.

Вот письмо для примера:

«…Мне 29 лет. Четыре года из них я не выхожу из квартиры. За эти четыре года судьба моя круто изменилась. Муж, намучившись и утратив надежду на улучшение моего состояния, сбежал. Я его не виню, кому нужна жена, которая боится есть (вдруг подавлюсь), спать (вдруг умру во сне), боюсь лифта (задохнусь), боюсь спускаться по лестнице (упаду, сломаю ноги), боюсь посмотреть на себя в зеркало (вдруг уже постарела) и т. д. Сына забрала свекровь, я действительно боюсь, что с ребенком не справлюсь. Врачи лечат, но от лекарств мне так тяжело. Сижу, оглушенная таблетками, но все равно страх не оставляет меня. Меня смотрела бабушка, но лечить не взялась, сказала, что мое сознание погашено и почти убито таблетками, что нужно было лечить до больницы. Боюсь, что мое письмо не дойдет до вас».

Делают так, чтобы больную вырвало в целлофановый мешок или посуду, относят это в лес и закапывают под осиной с заговором:

Страхи дневные, страхи ночные,

идите на заячьи тропы,

на их норы, под их кусты.

Пусть заяц лисы боится,

от страха ему пусть не спится.

Лиса пусть волка боится,

от страха пусть ей не спится.

Волк пусть медведя боится,

от страха ему пусть не спится.

А дьявол боится Бога.

Иди, страх, от моего порога.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Аминь.

Дела семейные

Начал с безумной любви, а кончил ненавистью

Рассказывает Оля:

«Мне 32 года. Выходила я замуж без особой любви. Не выйти было просто невозможно, мой будущий муж просто ходил за мной по пятам. Заваливал меня цветами и стихами, не давал мне возможности ни танцевать с кем-нибудь, ни поговорить. Дрался со всяким, кто подходил ко мне. Я не думала, что со мной может быть что-либо подобное: то он был покорным обожателем, то отчаянным безумцем.