На краю карты, за пределами всех известных земель, был нарисован символ.

Только чтоб отправится за пустоши на юг необходимо закончить магистратуру, на несколько месяцев меня из неё не отпустят, а за меньший срок, такую огромную территорию не исследовать. И Стремалы мне тут не помощники, у них договор с империей им ещё год колесить по окраинам доставляя магические услуги в самые отдалённые уголки империи.

Дневник

«Я знаю, где искать то, что старше его. Но если я ошибаюсь, это будет последнее, что я сделаю. И даже кот не сможет меня спасти.»

<p>Глава 38</p><p>Защита Магистра</p>

Кафедральный зал Академии Магии был переполнен. Высокие своды, украшенные фресками древних битв, дрожали от гула голосов. Сотни глаз — преподавателей, магов высших кругов, даже нескольких членов восстановленного Совета Девяти — были устремлены на меня. Я стоял за кафедрой, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Передо мной лежала папка, с диссертацией: «Капсула жизни: теоретические основы искусственного усиления магического потенциала на пренатальном этапе».

Толстый том, испещренный формулами, чертежами и результатами испытаний. Все, что осталось от проекта.

— Алекс де Муар, — голос декана Артефакторики прозвучал громко, заглушая шепот. — Вы единственный, кто дошел до защиты в этом году. Остальные либо отсеялись, либо удовлетворились званием магов.

Я кивнул. В голове проносились воспоминания: месяцы бессонных ночей, взорванная лаборатория, лица тех, кто рискнул довериться мне.

— Приступайте.

Теоретическая часть

Я развернул первый лист.

— Магия передается по наследству, но не линейно. Даже у сильнейших магов могут родиться дети без дара, и наоборот. Раньше статистика была такая если оба родителя маги, то вероятность магического дара у ребёнка пятьдесят процентов, если только один родитель маг, то вероятность двадцать пять процентов. Моя работа исследует возможность управлять этим процессом.

Зал замер.

— Капсула «Заря» создавала контролируемую магическую среду для беременных, усиливая резонанс между матерью и плодом. Теоретически, это позволяло «разбудить» спящие магические гены даже у пар, где оба родителя — обычные люди.

— Доказательства? — перебил маг из комиссии, старик с седыми бровями и холодными глазами.

— У меня нет действующей модели. Но есть данные первых испытаний. — Я поднял пергамент с цифрами. — У десяти пар из тридцати плод показал магический резонанс выше пятидесяти процентов. У одной — семьдесят четыре процента.

Шепот пробежал по залу.

— Вы утверждаете, что создали способ фабриковать магов? — это уже была женщина в синей мантии.

— Нет. Я лишь усилил то, что уже было заложено природой.

— Но ваша капсула уничтожена, — заметил декан. — Почему?

Я сжал пальцы. Правду сказать не мог.

— Техническая авария.

Кот, сидевший у моих ног, фыркнул.

Споры

— Это опасно! — вскочил молодой преподаватель боевой магии. — Если технологию украдут, любой сможет создать армию магов!

— Если ее украдут, — парировал я, — то лишь потому, что Академия не обеспечила защиту исследований.

— Вы предлагаете поставить магию на конвейер? — кто-то захохотал.

— Я предлагаю изучить то, что уже существует. Магия — не дар богов. Это часть природы. И мы можем ее понять.

— Богохульство! — прошипел старый алхимик.

— Наука, — поправил я.

Декан поднял руку, требуя тишины.

— Ваши расчеты… Они точны?

— Да.

— Но без действующей модели это всего лишь теория.

— Теория, которая уже работала.

Вопросы комиссии

Они обрушились на меня лавиной.

— Как вы контролировали побочные эффекты?

— Каковы риски для матери и ребенка?

— Что, если плод не выдержит магической нагрузки?

Я отвечал. Спокойно, методично, хотя внутри все горело. Каждый вопрос был как нож: они не верили. Или боялись.

— Последний вопрос, — декан посмотрел мне прямо в глаза. — Зачем это нужно?

Я замер.

Потом сказал правду.

— Потому что магия не должна быть привилегией избранных.

Зал взорвался.

Голос из прошлого

Вдруг дверь распахнулась.

На пороге стояла Сера — та самая женщина, первая, кто прошел через капсулу. В ее руках был сверток.

— Я могу сказать? — ее голос дрожал.

Декан кивнул.

— Мы с мужем… Мы простые люди. Но наш ребенок… — она развернула ткань.

На ее руках лежал младенец.

И его ладошки светились.

Тишина стала оглушительной.

— Это… невозможно, — прошептал алхимик.

— Возможно, — сказала Сера. — Благодаря ему.

Все взгляды снова устремились на меня.

Решение

Комиссия удалилась на совещание. Я остался один в центре зала, под тяжестью сотен глаз. Кот запрыгнул на кафедру.

— Ну что, гений? Доволен?

— Еще нет.

Они вернулись через час.

Декан развернул пергамент.

— Алекс де Муар… Ваша диссертация признана. Но с оговорками.

— Какими?

— Академия берет проект под свой контроль. Все дальнейшие исследования — только с нашего одобрения.

Я усмехнулся.

— То есть вы хотите похоронить его.

— Мы хотим обезопасить.

Я посмотрел на Серу, на ее ребенка. Потом на комиссию.

— Хорошо.