Читаем Мафия против темных сил полностью

Арина, то и дело оглядываясь, не особо быстро, но и не давая нагнать себя, неслась по пустым коридорам и лестничным пролетам. Сашок упорно бежал за ней, волок на буксире свою первую пленницу, которая отчаянно упиралась, вырывалась, пыталась кусать его за локти, чтобы дать Арине Балованцевой уйти. Она даже изловчилась и на бегу подставила Сашку подножку. Тот грохнулся на пол, но руки ее так и не выпустил, поднялся, отвесил Зое подзатыльник и помчался дальше.

У кабинета физики Арина остановилась, вытащила из ботинка ключ, отперла дверь и на глазах Сашка скрылась за нею. В предчувствии близкой победы он подлетел к двери и, сломив сопротивление детских ручек, которые пытались держать дверь с той стороны, ворвался в кабинет. Глупая обезумевшая девчонка теперь в его руках – ну куда она денется из закрытого пространства кабинета, в котором по своей наивности она решила от него, великого комбинатора Сашка, спрятаться?!

В кабинете был какой-то полумрак, прямо-таки зловещий… Сашок не успел как следует осмотреться, потому что…

На глазах Сашка Захарова сестра шагнула куда-то в расставленную среди сдвинутых парт широкую стеклянную ширму – и исчезла! Послышался жуткий вой. Страшный урод с шевелящимися щупальцами шагнул на Сашка со стороны ширмы…

– У-у-у-о-ой… – очумел Сашок, колени его подогнулись и задрожали.

Задрожали и руки. Монстр из ширмы заходил слева… Сашок отпустил Зоину руку и, закрыв глаза ладонями, шагнул навстречу монстру – вслед за дорогостоящей Захаровой сестрой.

Ведь денег хотелось все равно. И это желание было сильнее страха.

Тем временем всех пострадавших и зрителей заставили зайти в вестибюль, а не мерзнуть на улице. «Скорая помощь» уехала: у нее много вызовов было в вечер Хеллоуина.

Петр Брониславович Грженержевский, который был обеспокоен тем, что учеников его класса травят нервно-паралитическим газом, крадут с целью выкупа, бьют, решительно подошел к Тамонику и потребовал немедленно объяснить, что произошло. Тот пожимал плечами, хлопал глазами, изображая удивление совершенно невинного человека.

Тогда Витя и Антоша попытались сами рассказать, что же произошло. Едва в их рассказе образовалась пауза, Тамоник с сожалением посмотрел на Витю Рындина и сказал:

– Мальчик, ну что ты городишь? На самом деле я на дискотеку к вам в школу пришел. Мне одна девушка из вашей школы нравится, вот я и шел, чтобы ее увидеть и с ней тут потанцевать. А вы что плетете? Криминальных фильмов обсмотрелись?

В толпе понимающе загалдели. Директор школы смотрел на все это и пока не вмешивался.

– А газ ты зачем принес? – спросил Витя. – Вместо духов для своей девушки, что ли?

– Какой такой газ? – спросил Тамоник.

– Нервно-паралитический.

– Мальчик, ты, наверно, сумасшедший. – Тамоник как можно более убедительно вылупил глаза. – Я, конечно, виноват в том, что пришел в вашу школу на карнавал без разрешения, нужно было у руководства вашего спросить…

И Тамоник с таким подобострастием посмотрел на директора и Петра Брониславовича, что даже самый жестокий тюремный надзиратель и то умилился бы. Все немного растерялись, и Тамоник шустро поплел дальше:

– Да, и вот я нарядился привидением и в этом костюме пробрался к вам на дискотеку. Ну а что такого, люди добрые, если у меня любовь? Разве я не имею права влюбиться в вашу старшеклассницу? Я ж просто потанцевать на дискотеке с ней хотел, люблю танцы, и она любит… А тут тем более в стенах школы, все законно. Так что свидание у нас с ней должно было быть самое романтическое… Ну, иду я по коридору. А тут мне вот этот пацан как на спину прыгнет! И давай меня душить. А потом вот этот, в тыкве, как начал в меня из баллончика какой-то дрянью брызгать! Сам-то на голову специально тыкву надел, чтобы не отравиться.

Взгляды всех собравшихся переместились в сторону Антоши Мыльченко, который даже не нашелся, что сказать, только крепче прижал к себе голову Джека-Лампы.

– А вот этот ваш ученик, взрослый вроде парень… – И Тамоник с видом несчастного страдальца указал на Захара, который действительно вполне походил на ученика выпускного класса. – Он видел все это, а не заступился. Наоборот, заметил, что бьют лежачего. Подбежал – и давай меня ботинком под ребра пинать. Трое на одного, ребятки, – это не круто…

– Это не наш ученик, – пропищал Сырник откуда-то из толпы.

– Тем более, – вздохнул Тамоник. – Видите, не один я, оказывается, из посторонних в вашу школу на праздник пришел. И этот похулиганить, наверно, пробрался. Вот к этим своим дружкам…

На Витю, Антошу и Захара все смотрели с нескрываемым презрением. А Тамоник продолжал свою слезоточивую историю:

– Вы уж простите их… Им, как я понял, тоже моя девушка нравится. Или кому-то одному из них. Вот они и бросились все на беззащитного… Маленькие еще, не понимают, что хорошо, что плохо…

– Где наша Редькина? – угрюмо набычившись, заявил Антоша Мыльченко.