Читаем Мафия полностью

Донна Чинция, статная, чувственная женщина, и Орнелла, ее юная дочь, пересекают площадь. Обе одеты в белое. Чувствуется сердечное и дружеское отношение к ним со стороны жителей, которые с уважением приветствуют их. Кармело, сидящий за столиком, вскакивает, кланяется и с восхищением на них смотрит.

Кармело (снимая шляпу). Донна Чинция…

Донна Чинция почти не обращает внимания на его приветствие, поскольку ее глаза устремлены на окно Дона Розарио. Мать и дочь проходят мимо его столика и скрываются за левой кулисой. Кармело следует за ними.

Инспектор. Это была Донна Чинция, вдова Франческо. С дочкой.

Нести (крайне удивлен). В белых нарядах?

Инспектор. Это знак презрения к умершему.

Нести. Рассказал бы мне хоть кто–нибудь, что же такое страшное совершил этот Франческо.

Пока медленно гаснет свет, Инспектор жестом приглашает Нести сесть.

Инспектор. Садись. (Садится за свой стол.) Ты должен знать, что самый страшный грех на этом острове, в соответствии с примитивным, но всеобщим образом мышления его жителей, это — неуважение к своим детям. Преступление по отношению к своей собственной крови. К несчастью, Франческо…

Затемнение, звуки шарманки Баббио. Освещается левая сторона сцены. Апартаменты Дона Розарио. Видно, что богатство хозяина — наследственное. В нише — большая статуя Мадонны. Дон Розарио — крепкий мужчина лет пятидесяти, серьезный, беспощадный, бесстрастный. Напоминает феодала из прошлого. Сидит в позолоченном кресле и слушает доклад Малакарне. Дон Розарио не снисходит до того, чтобы самому допрашивать Малакарне. Это делает Кармело.

Кармело (к Малакарне). Он упоминал реку Сканцано?

Малакарне (подобострастно, в направлении Дона Розарио). Нет, ваше превосходительство.

Кармело. Он упоминал строительство на реке Джато?

Малакарне. Нет, ваше превосходительство.

Кармело. И ты решил, что он приехал расследовать дело с акведуком и дамбой.

Малакарне. Так сказал инспектор!

Кармело. А приезжий? Он что сказал?

Малакарне. Он очень мало говорил. Не хотел, чтобы его называли «Ваше высокопревосходительство».

Кармело. Они вообще о чем–нибудь спрашивали?

Малакарне (отвечает, как и раньше, Дону Розарио). Нет, ваше превосходительство. (Пауза. Оба смотрят с почтением на Дона Розарио. Ждут его реакции.)

Дон Розарио (медленно). Подумай хорошенько. Напрягись. (Малакарне напуган, пытается припомнить что–нибудь, но ничего не получается.) Может, какие–то слова, слишком трудные для тебя…

Малакарне. Да, ваше превосходительство, трудные…

Дон Розарио (осторожно). Что–нибудь вроде «спекуляций на строительных контрактах»?…

Малакарне (после некоторого размышления). Нет, ваше превосходительство.

Дон Розарио. А «незаконное задержание» или «похищение с целью выкупа»?

Малакарне (внезапно припоминает). Ах, да! Вот что… Он знал о пастухе Марко.

Кармело (заинтересован). Что он сказал?

Малакарне. Ничего особенного… Его высокопревосходительство господин адвокат из Рима хотел знать, зачем мы вставили ему в рот палку.

Кармело (улыбается на такой наивный вопрос, потом показывает на телефон). Ну, эти римляне! Вечно спят!

Дон Розарио (показывает на телефон). Наши друзья не спят. Они скоро позвонят. (Жестом приказывает Кармело продолжить допрос Малакарне.)

Кармело (Малакарне). Еще что?

Малакарне. Я вам все рассказал.