Читаем Мадикен (сборник) полностью

– А сколько стоят вот эти конфеты?

– Эти, деточка, по двадцать эре десяток, – говорит фру Эберг.

Лисабет подумала-подумала и подошла к маме, которая в соседнем ряду покупала цветную капусту.

– Мама, а мама! – говорит Лисабет. – Я знаю ещё одно слово, которое вдвое хуже этого. Если ты дашь мне двадцать эре, я никогда не буду его говорить.

Тут мама на неё рассердилась:

– Как тебе не стыдно, Лисабет! Я с тобой больше не стану торговаться! Но если хоть раз ещё услышу от тебя такое слово, ты об этом пожалеешь, так и знай!

На этот раз мама поступила очень разумно. Потому что у Лисабет было в запасе ещё много таких словечек, и, если бы мама вздумала их скупать, она бы просто разорилась. Во всяком случае, так сказал потом папа. Придя с работы, он узнал новости про гадкие слова, которые знает Лисабет, и про то, как она ими торгует. Услышал он и о встрече с бургомистершей, и о том, что та сказала о предстоящем бале.

– Ага! Теперь он опять на очереди, – говорит папа. Осенний бал устраивается каждый год, и больше всех хлопочет о нём бургомистерша, ведь бал этот – благотворительный, а она – самая главная благотворительница в городе. Она очень хитро придумала, чтобы богатые люди натанцевали для бедняков кучу денег. Бедняков в городе много, поэтому билет стоит очень дорого. Однако ради такого удовольствия не жалко потратиться – танцевать-то весело!

А уж кто любит потанцевать, так это Альва! И скоро она потанцует, хотя, конечно, не на осеннем балу.

– Это не для прислуги, – сказала Альва. Но и у неё тоже радость – она приглашена на свадьбу двоюродной сестры Берты. Берта многого добилась в жизни. Она выходит замуж, и не за кого-нибудь, а за лейтенанта!

В один прекрасный день в почтовом ящике оказался пригласительный билет. Альва почти никогда не получает писем, и на свадьбу её ещё тоже ни разу не приглашали.

– Уж и не знаю, как тут быть! Как же я пойду на свадьбу! У меня ведь нет подходящего платья, – говорит Альва.

Тогда мама полезла в свой гардероб, и не затем, чтобы говорить гадкие слова, а чтобы посмотреть, не найдётся ли там какого-нибудь платья для Альвы.

И оно нашлось. Мама достала из гардероба длинное платье из белого муслина[23] и дала Альве.

– Примерь вот это! На меня оно больше не лезет.

– Ой, этот наряд слишком шикарный для меня, – говорит Альва.

Но мама не соглашается.

– Примерь-ка! – говорит она.

И вот мама, Мадикен и Лисабет сидят на кухне и ждут, пока Альва в своей комнате примеряет платье.

Альвы довольно долго нет, но вот она возвращается. Такой Альвы девочки никогда ещё не видели.

– Ой, какая же ты красивая! – кричит Мадикен. – Ты в нём совсем как невеста!

– Только ещё красивее, – говорит Лисабет.

Лицо у Альвы разрумянилось, глаза блестят.

– Мне и самой кажется, что выгляжу в нём неплохо. Но что скажет Берта, если я явлюсь на свадьбу в белом, как невеста! Ведь невеста она, а не я.

– Пускай говорит что хочет, – решает мама. – А это платье будет носить Альва.

Альва несколько дней ходила весёлая, заранее радуясь, как она потанцует на свадьбе в белом платье. И однажды даже сказала так:

– Ведь я об этом всю жизнь потом буду вспоминать!

Но в понедельник утром от Берты пришло новое письмо. Свадьба не состоится! Надо же было такому случиться – лейтенант, оказывается, смылся!

Альва очень жалеет Берту – ей так не повезло. Но и для Альвы это большое огорчение, она ведь так радовалась, что поедет на свадьбу!

– Вам, хозяйка, наверное, лучше забрать своё платье, – сказала она маме. – Мне оно, как видно, никогда уже не понадобится.

Однако мама проявляет удивительную настойчивость.

– Но я хочу, чтобы ты, Альва, танцевала в этом платье! Почему бы тебе вместо свадьбы не пойти на осенний бал? Я тебя приглашаю!

Сначала Альва и слышать об этом ничего не хотела:

– Спасибо, хозяйка, вы очень добры, но это невозможно, ведь бургомистерша в обморок упадёт.

– Ну и пусть падает, – говорит мама.

Мадикен и Лисабет не понимают, почему бургомистерша должна падать в обморок, если Альва пойдёт на бал. Девочки ещё не понимают разницы между господами и простыми людьми. Бургомистерша хочет, чтобы на балу собирались только господа, так объяснила им Альва вечером, когда она учила их на кухне танцевать вальс. Но Альва всё-таки решилась. Она пойдёт. Она не в силах отказаться, что бы там ни думала бургомистерша.

– Не выгонит же она меня оттуда! – говорит Альва. – Да и хозяин тоже говорит, чтобы я пошла.

Это Мадикен уже знает, потому что, когда мама ему рассказала, что приглашает Альву на бал, папа с восхищением сказал:

– Ишь ты, какая отчаянная! Вот уж никак от тебя не ожидал!

– Ну как тебе не стыдно! – бросила мама по привычке. Правда, на этот раз она говорила шутливо.

Мадикен и Лисабет никогда ещё не бывали на балу. Их берут в первый раз. Они радуются не меньше Альвы и во время уроков, которые им даёт Альва на кухне, только об этом и болтают. Как хорошо Альва танцует!

– Ещё бы мне не уметь! – говорит она. – Сколько же я набегалась по танцам, ни одного лета не пропустила!

Дни идут, и бал приближается.