Читаем Мадам Таро полностью

– И?.. – с недоверием спросил Юхан, скрестив руки на груди.

– Как можно зайти через главный вход уже с пудрой на ботинках?

Он снова посмотрел на следы. Я решила, что сейчас самое время, чтобы рассказать ему эту историю.

– Вот здесь написано, что убийца сбежал с третьего этажа, да? Что, спрыгнул без подручных средств? Невозможно. Смотри, в этой квартире всего по минимуму, даже нечего красть. Зачем рисковать своей жизнью, ничего не взяв, да еще и прыгая с третьего этажа? Для вора кража – это как шопинг, когда заходишь и выходишь через одни и те же двери. Главное – обеспечить свой побег. Он не грабил, а имитировал ограбление.

– Преступник нарочито оставил следы?

– Посмотри на отпечатки. Новая обувь, специально подготовленная для этого дня. Пудра – неожиданный промах.

Юхан кивнул. С этим нельзя было не согласиться.

– Преступник все подстроил так, чтобы это выглядело как ограбление. Отсюда вопрос: почему?

Я спросила не потому, что ждала ответ. Просто хотела сменить атмосферу.

– Преступник… – Я остановилась на полуслове.

– Так! – Юхан внезапно повысил голос. – Пока я не догадаюсь, не говори.

Сейчас у него было задето самолюбие. На момент развода он был неопытным, молодым и очень амбициозным следователем. Эта работа не подходила ему, и Юхану приходилось тяжело. Но судя по тому, что его недавно повысили до руководителя отдела, наверное, его навыки заметно улучшились. Он нахмурил брови и погрузился в раздумья.

Может, это дело и не было для него важным. Довольно непросто вести одновременно с десяток расследований, особенно когда в отделе совсем немного людей. Я все это знаю. Но все равно не готова понять его. Когда это касается лично тебя, ты не можешь смотреть на дело беспристрастно. А для кого-то это просто работа.

– Дать подсказку?

Юхан отказался. Он сосредоточился, надавив указательными пальцами на виски.

– А! Внутренний конфликт?

– В точку!

Достигнув своей цели, преступники обычно сразу покидают место преступления. Даже если это непреднамеренное убийство, побег – обязательный процесс. Но в этот раз у убийцы не хватило времени, и он старательно поработал над местом преступления. Если целью было убийство, то после него можно сразу сбежать. Но он все подстроил так, чтобы это выглядело как ограбление. Тратил на это время.

– Мерзавец хотел все идеально подготовить.

– Кто тебе это сказал?

Я не могла рассказать о Камилле и Кан Хари.

– Карты Таро.

– Ты в это веришь?.. Не знаю, кто попросил тебя копаться в этом деле, но лучше остановись. Не надо играть в полицейского.

– А ты догадливый…

– Не догадливый, поэтому именно ты первая предложила развестись!

– Пять лет прошло, а ты все вспоминаешь это… Никак не можешь забыть?

– Как это возможно? Всю жизнь буду тебя проклинать.

Наше расставание не было ни дружеским, ни романтичным. Не было красивых слов, вроде «я люблю тебя и потому отпускаю» или «желаю тебе счастья». Мы старались ранить друг друга как можно больнее, вели себя словно дикие звери. С таким азартом пытались найти виновного, будто сражались за золотую медаль.

– Послушай мой рассказ до конца. – Я положила перед ним карту Шестерка мечей. – Ян умерла от асфиксии с замотанным лентой лицом, прямо как девушка на карте.

– То ты играла в Шерлока Холмса, а теперь – в эксперта судебной экспертизы? Ты, видимо, не знаешь, но это распространенный способ убийства – удушение лентой.

Я не обращала внимания на его слова. Сейчас начиналось самое важное.

– Если жертва еще жива, то лента не может быть такой гладкой. Она бы перекрутилась, сморщилась. Ты знаешь, что обычно изоленту используют, чтобы обездвижить жертву. Сначала лента, потом асфиксия – вот каков порядок действий. Но он сначала убил ее. Тогда причины использовать ленту нет, верно ведь? Это все маскировка. И руки. Обычно преступники стягивают руки, чтобы обездвижить жертву. Тогда разве не нужно стянуть их сзади, господин следователь?

Это элементарно: если руки связаны спереди, то жертва может легко взять оружие или сбежать. Только если связать их сзади, убежать почти невозможно.

Юхан смотрел то на фото Ян, то на карту Таро. Затем, взъерошив волосы, состроил гримасу.

– И это твои основания, чтобы указать на мужа как на подозреваемого?

– Я тоже сомневалась. До того момента, как узнала, что он сразу позвонил в полицию.

– И что не так?

– Представь: ты пришел домой с работы и увидел меня в таком виде, связанной. Твои действия?

– Позвонил бы в полицию или в «Скорую»…

– Тогда мы мыслим по-разному.

– А ты поступила бы по-другому?

– Разорвала бы изоленту, сделала массаж сердца и искусственное дыхание. И не останавливалась бы даже после звонка в «Скорую». Это же моя семья, и я бы сделала все, что в моих силах.

Юхан тяжело вздохнул. Я продолжила:

– Этот мужчина не знал, умерла его жена или нет, но все же в первую очередь позвонил в полицию. Как будто ждал ее смерти. В деле написано, что, как только от него поступил звонок, он сказал, что жена умерла. Откуда он узнал об этом, даже не сняв изоленту?