Читаем Мадам Лекринова полностью

- Извини, просто про эту слободу много слухов ходило, причём не самых хороших. - затем Герасим резко сменил тему, - Я сам тоже нездешний. Приехал из Новокиевска на заработки. 

    Когда же мы вошли в подъезд, Герасим остановил меня у двери своего жилища. Попросив подождать, он зашёл во внутрь. Через минуту сосед вернулся, держа в руке ножик, на рукояти которого был вырезан сложный, но красивый рисунок. 

- Этот узор я сам придумал и вырезал. - чудик протянул ножик мне. 

- Герасим, что ты! Я не могу такое принять! 

- Бери! В этом трактире полно ублюдков, и в следующий раз тебе вряд ли может так повезти, как сегодня. А мне не сложно будет сделать такой же.  

    Немного посомневавшись, я приняла подарок. Вдруг на весь коридор раздался очень странный женский смех. К нам подошла, роскошно одетая, женщина чьё лицо скрывало меховая шапка с вуалью. 

- Хм, рукоятка ножа и вправду красивая. - произнесла она. 

- Каренина, ты что-то сегодня рано. - буркнул Герасим, приглашая женщину к себе. 

- А почему бы и нет. - Каренина зашла во внутрь. 

    Попрощавшись со мной, Герасим закрыл дверь. Когда же я вернулась в своё пристанища, Марфа Григорьевна и Вера ещё спали. Я тихонько прошла на кухню, чтобы посчитать финансы. Прогноз был не самым утешительным. Вера уже два месяца держится, но надолго ли её хватило бы без нормального лечения? Да, денег в трактире я получала чуть больше, но этого всё равно мало. И тут я снова пришла к мысли, которая терзала меня два месяца: может хватить прятаться среди мёртвых? После долгих раздумий я решила обратиться к отцу Василию и рассказать ему всё, что со мной случилось, даже про тот случай в Романобурге. Я надеялась, что он мне поможет найти выход. Но сперва я должна была сделать кое-что. Прежде чем Анна Демидова воскреснет, она должна была спрятать маску там, где её никто никогда не нашёл бы. 

    Ночью я отправилась в Каменный парк. Местечко это было очень страшное. Светя фонариком, я видела жуткие тени веток на снегу. Вороны каркали заунывную песню, а ветер им подпевал. Моё сердце бешено колотилось, но я была уверена в своём решении. В этом жутком месте никто бы не нашёл маску. Я вышла на дорожку, которая вела к белокаменным развалинам. Их точное происхождение уже никто не помнил. Батюшка мне рассказывал такую версию, будто это стены старого монастыря, который был разрушен много лет назад. Но так или иначе, я шла в самое сердце этих руин, чтобы там спрятать маску.