Читаем М. П. Одинцов полностью

Опять Одинцов выступает не как мемуарист, а как писатель, создавший правдивое художественное

произведение о войне. В «Записках» ценнейшим достоянием является то, что автор прослеживает связь

времен, преемственность поколений. Во всем написанном протянута крепкая нить между прошлым [196]

и настоящим, сегодняшним и завтрашним днем. Автор как бы воссоздает хронику боевого авиационного

бытия в общей картине минувшей войны и наших дней, историческая и фактическая конкретность

которой ограничена его личным опытом. Отсюда точная выверенность времени и пространства, «штатное

расписание» персонажей, выразительность деталей.

Можно было бы напрямую сопоставлять многие факты биографии со всеми теми житейскими

моментами, какие встречаются в его рассказах. Даже имена и фамилии некоторых своих однополчан он

не изменил. В «Записках» показан типический образ советского человека-борца, на которого хочется чем-

то быть похожим, быть рядом с ним и, значит, стать лучше, смелее, отважнее.

Родившаяся еще в прошлом веке авиация за несколько последних десятилетий достигла звездных высот, породив космонавтику. Фантастически изменилась техника, неимоверно возросли требования к человеку, летающему на ней, однако главное в авиации осталось неизменным — характер пилота. То, что делает

человека летчиком. Но человек есть человек, и в его многогранной натуре вольно или невольно

происходит своеобразная техническая переориентация. И эту мысль Одинцов четко проводит в своем

произведении. Учитывает он и то, что наше время — время большого, огромного доверия к человеку, когда объективные условия все чаще и чаще оставляют солдата наедине со своей совестью и техникой.

Что было, то было — вот принцип, который положил Одинцов в основу своего творчества. Было не

обязательно с автором, но было — с поколением, от имени которого он сурово и честно говорит. Он и

этой книгой как бы отчитывается о своей жизни и своей войне. Впрочем, обе книги не содержат и

десятой [197] доли того, что им пережито. Ему не надо было «изучать» жизнь, он познал ее сполна, варился в ней, был в ее кипении.

«Преодоление» — произведение художественно-документальное. Об особенностях его, о праве писателя

на вымысел и домысел, о границах вымысла можно, наверное, спорить. Одинцов принял участие в этом

споре как практик. Основываясь на огромной массе документов, личных впечатлений, достоверных

фактов, он создал запоминающиеся образы. Именно образы, а не копии с натуры. Сделал художественное

произведение, а не документальное жизнеописание.

И вообще, надо сказать, способность изучить документ и заставить его заговорить, видеть сквозь его

строки живую жизнь, сочетать факт и вымысел — одно из главных достоинств почерка Михаила

Петровича и в этой книге.

Читая произведения Михаила Петровича Одинцова, невольно вспоминаешь слова одной из книг, в

которой записано высказывание Л. Н. Толстого: «Мне кажется, что со временем вообще перестанут

выдумывать художественные произведения. Будет совестно сочинять про какого-нибудь Ивана

Ивановича или Марью Петровну. Писатели, если они будут, будут не сочинять, а только рассказывать то

значительное или интересное, что им случалось наблюдать в жизни». Возможно, в этих словах есть

известное преувеличение, но какие легенды сотворила жизнь с самим Одинцовым!

Книга охватывает послевоенные десятилетия, когда создавалась советская реактивная авиация и

воспитывался новый тип современного летчика, родного брата тех пилотов, которые с любовью описаны

в романе «Испытание огнем».

Есть в книге такие строки: «Все тревоги, которыми [198] сейчас живут на командном пункте летчики, Сохатому близки и понятны. Но Ивану легче — у него за плечами опыт, война научила многому. Капитан

испытал безрассудную смелость неопытности в сорок первом, госпитальную жизнь, горечь потерь

боевых друзей... Бравада сменилась у него спокойной расчетливостью, в бою он стремится теперь

правильно оценить силы противника, предугадать его действия». Это уже образ современного пилота.

Готовность современного советского воина к подвигу, решимость и способность совершить его — вот

главный итог всего того, что составляет содержание и этой книги Одинцова.

Раз, и два, и три автор возвращает нас к мысли о мире как источнике добра, истины и справедливости.

Большая тревога и боль звучит во многих его строках, не может он примириться с войной. Термоядерный

мировой пожар люди должны предотвратить! И радуешься за автора, который шел к этим мыслям через

войну, тревоги и утраты, но обрел не разочарование, а силу для того, чтобы позвать за собой, помочь нам

увидеть: жизнь может и должна стать краше, если мы будем кузнецами своего счастья, отстоим самое

дорогое — мир.

В одной из своих статей в молодежном журнале Михаил Петрович Одинцов так и написал: «В памяти

людей моего поколения четыре военных года врезались навсегда. Это каленая отметина, след от нее на

всей последующей жизни, на поступках, оценках, отношениях. Словом, боли и страданий, ярости и

доброты, ненависти и любви на долю каждого воевавшего выпало столько, сколько вряд ли выпадает на