Читаем M&D полностью

– Послушай, детка, нет никаких доказательств, что жизнь – это серьезно, а ты говоришь…

Кодряну тут же парировал:

– Может, пригласим сюда твоих родителей?!

В ответ на эти слова, произнесенные учительским тоном, Андрей порывисто поднялся, и, прыжком подлетев к упрямому коврожрецу, ударил его под дых. Тот согнулся и застыл, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть. Андрей его легонько толкнул, и он рухнул на пол. После чего Андрей отошел на другой конец кабинета, заходя казахам за спину. Они повернулись вслед за ним, потрясенные и безмолвные, опасливо наблюдая за его перемещениями.

– Прошу заметить: я с вами очень любезно обошелся – напоил чаем, поговорил. И что я получил в ответ? Гоп-стоп, вымогательство, какие-то лошадиные предъявы. Ну ладно, думаю, может, у них так принято. Но когда ваша девчонка стала тянуть на моих родителей…

И Андрей развел руками. При этом жесте Коспан с Касбулатом невольно попятились к окну.

– Волгоград – гостеприимный город, но всякому терпению приходит конец.

Кодряну зашевелился на полу, немного раздышался, и стал извлекать из глотки хриплые звуки. Коспан что-то заговорил, но Андрей жестом остановил его:

– Обожди. Дай закончить. Недосказанная мысль ничего не стоит. Давайте по порядку. Вы приехали из вашей Казахии, чтобы забрать зубную пасту, так? Так.

И он стал прохаживаться по кабинету взад-вперед, не выпуская гостей из поля зрения.

– Эту девочку вы подобрали по дороге, – кивок в сторону Кодряну, пытавшегося как-то усесться на полу.

– Волгоград… таможня… – вымолвил Коспан.

– Имеется в виду – вы не привезли её с собой из вашего эйлага. Так?

Казахи закивали.

– Тогда всё понятно, – заключил Андрей. – На жулика нарвались. Сейчас эта штука очень распространена – сами понимаете: кризис, дефолт, и всякая мразь поднимает голову. Он присвоил ваш товар, а когда вы стали изобличать его, указал вам адрес первой попавшейся фирмы. И привел ко мне.

И он с размаху пнул ногой в живот Калистрата, пытавшегося подняться. Тот повалился обратно на пол и замер. Коспан переводил Касбулату, плохо понимавшему, о чем говорят.

– Поэтому мой вам совет: поищите в других местах фирму «Навигатор», или кто там забрал вашу пасту.

Гости о чем-то переговаривались между собой по-казахски, и Андрей прибавил к сказанному:

– Да, кстати, обсуждать свои дела вы можете в коридоре – там места много.

Приезжие некоторое время совещались. Кабинет огласился громкими гортанными звуками.

– Танд хэрэглэж байгаагй санал. – Балансыг дээшллэх миний хавсралт запускарик. – Миний хавсралт миний хуудсаас хавсралтыг хасах тохируулага. Запускарик хавсралт таний хуудсанд харагдана. – Эсвэл сайтын нууц гээ асуух боломжгй. Хавсралтанд ямар ч файлууд хэрэггй. Юу ч татах хэрэггй. Тэнд байна магадгй.

– Слжээнд байгаа найз нар. Андрей не сомневался, что справится с этими двумя, но его волновали последствия, а именно вероятность набега толпы таких вот дикарей в дальнейшем. И он начал подумывать, не позвонить ли Трезору, но тут, выступив вперед, Коспан отчаянно выкрикнул:

– Дай нашу пасту!

А Касбулат добавил, указывая на застывшего на полу коврожреца:

– Это твой человек! Один шайка!

Остановившись возле своего стола, Андрей стал перебирать ксерокопии казахских документов:

– Допустим, я поверил, что вы приехали за какой-то там пастой, хотя всё это сильно смахивает на жульничество с элементами бандитизма. Ворвались на фирму, стали угрожать, напали с кулаками. Потянет на хорошенькое уголовное дельце. Эх, позвонить бы сейчас в милицию – как вы думаете, стоит? Да не в казахскую милицию, а в нашу, волгоградскую.

И он взял в руки ксерокопию техпаспорта «Камаза».

– Сказать, что будет? Скажу, чего уж там! Не успеете вы добраться до вашей зубной пасты, вас лишат вашего транспортного средства – «Камаз» с госномером KAZ 4154, на чем тогда домой поедете?! Вот что значит ваш наезд – об этом в первую очередь вам надо подумать.

Разминая кисти, прибавил угрожающе:

– Хотя… можно и без звонков обойтись…

Видя их непонимание, стал объяснять, помогая себе жестами:

– Внимание, ребята, слушаем все сюда. Говорю на понятном вам языке. Моя – сидеть на этом месте. Вы – прийти с улицы. Вы – начать драться, хотеть ограбить.

И он замахал кулаками.

– Моя от вас – обороняться.

И Андрей занял оборонительную стойку. Затем потянулся к телефону.

– Моя – хотеть чтобы вы убраться как можно скорее. Моя – решать вопрос двумя способами.

Он взял в руки телефонную трубку.

– Моя – звонить в милицию.

И он загудел, изображая сирену.

– Милиция приезжать, вы – платить ей деньги.

Положив трубку на место, продолжил:

– Моя может поступить по другому…

При этих словах Андрей выразительно посмотрел на Калистрата Кодряну, надсадно кашляющего на полу.

– Но моя вас любит, поэтому будет звонить в милицию.

И снова потянулся к трубке:

– Вы хорошо меня понимать, повелители верблюдов, казахские ваши души? Решайте сами, вам жить…

Гости медленно попятились к двери. Тяжело вздохнув, Андрей резюмировал сказанное:

– Вы ко мне приехать – разбираться по волгоградским законам. Я к вам в эйлаг приехать – разбираться по-казахски. Эй, куда же вы! Заберите это чучело!