Читаем M&D полностью

– Не-е, помахал пистолетом.

– А пистолет откуда? Хотя ладно, потом разотрём про пистолет. Сначала рассказывай, как угрожал, и как применил оружие.

Они занялись. Потребовался час, чтобы выдавить с обвиняемого следующие показания.

Никита вошёл в помещение и, угрожая пистолетом, велел поднять руки охраннику, находившемуся недалеко от входа, сам прошёл к кассе, и потребовал, чтобы кассир выдал деньги. Зазвенел колокольчик входной двери. Никита обернулся и увидел, что вошёл заправщик. В этот момент охранник попытался выхватить из кобуры пистолет, и Никита выстрелил ему в живот. Заправщик попытался выскользнуть обратно на улицу, но не успел – Никита дважды выстрелил ему в спину. Охранник всё ещё стоял, согнувшись, и Никита добил его выстрелом в голову. Повернувшись, наконец, к кассиру, он напомнил о деньгах. Кассир выдал, он положил пистолет на стойку, пересчитал, и возмутился, почему так мало. «Всё, что есть», – ответил кассир. Тут Никита зачем-то снова обернулся, в этот момент кассир попытался схватить пистолет, но ему это не удалось. Никита повернулся обратно, перехватил пистолет, и выстрелил в кассира. Потом взял деньги, прошёлся по залу, раздумывая, чего бы прихватить с полок. Хотел что-то взять, тут деньги у него выпали, пистолет тоже, а там и милиция подоспела, и застала его в раздумьях – что вперёд подбирать: пистолет или деньги.

Дописав протокол, Галеев передал его подследственному на подпись. Получив подписанный протокол обратно, сказал:

– Долго будешь глумиться над следствием?

Морозко изобразил на лице что-то наподобие искреннего удивления, и Галеев добавил:

– Не буду терять время на развенчивание твоих сказок, скажу одно: в этот раз тебе никакая психушка не поможет.

– А чё вы меня пужаете, я имею право…

Следователь не дал ему договорить:

– Ты – пустое место, а у пустых мест прав не бывает!

И позвал конвоира.

Когда подследственного вывели, Галеев некоторое время сидел, задумавшись. Этот недочеловек, Морозко, вдруг обнаружил характер и упорно не выдаёт сообщника. На плёнке видно, что, войдя в помещение, он подошёл к кассе, а сообщник остался на входе, держа на мушке охранника. Вошёл заправщик, охранник в этот момент попытался воспользоваться служебным пистолетом, и сообщник выстрелил в него. В заправщика действительно стрелял Морозко. Второй раз в охранника выстрелил снова сообщник, причём выпустил две пули. Третий труп – тоже дело рук сообщника, к которому Морозко повернулся, а кассир в этот момент попытался взять лежащий на стойке пистолет.

Дальше ничего не видно, оба грабителя отошли немного в сторону и оказались вне зоны охвата камеры. Известно только, что второй скрылся через подсобное помещение и далее через запасной выход. Остались следы испачканных кровью подошв его кроссовок, они теряются в траве – преступник выбежал на газон.

Почему Морозко его скрывает, и даже дознавателям не удалось расколоть его, хоть они и пытались поговорить с ним на понятном ему языке? У них вообще сложилось впечатление, что он получает удовольствие от боли. Извращенец, мазохист, маньяк? Тогда тот, второй – его любовник?

Это выяснится, сейчас только одно понятно: этот номер второй оказался гораздо умнее напарника. На нём была одежда не по размеру, скрывавшая фигуру – куртка-балахон и слаксы, а на голове – панама. Висящая под потолком камера не захватила его лицо, виден лишь подбородок. И отпечатков на пистолете не осталось. Никита же зарисовался во всей своей красе, и даже если б его не взяли на месте преступления, поймали бы немного позже. А что, на дворе лето, зачем в куртке-то париться!

Конечно, можно заочно предъявить обвинение сообщнику и передать дело в суд, но надо выяснить хотя бы имя. Что ж, начинается рутинная работа – отработка всех контактов подследственного.

И Галеев принялся составлять план действий.

Когда Малинин и Григорьев пришли к нему и доложили результаты проведенной оперативной работы, его, как говорят в народе, чуть не хватил Кондратий. Друзья Никиты, такие же ущербные товарищи, как он, в один голос утверждали, что он планировал сколотить серьёзную банду, и составлял вместе с ними планы великих преступлений. Которые, к счастью для мирных граждан, так и остались планами. После выхода из психиатрической клиники он несколько раз попадался на мелком хулиганстве, и каждый раз его выпускали. Вместе с ним в деле бывала его подруга. Друзья Никиты рассказали о некоторых эпизодах, которые выпали из поля зрения милиции – в частности об угоне автомобиля. Машина была угнана с целью погонять по городу, её бросили, когда закончился бензин. Продать на запчасти – на это у угонщиков просто не хватило ума. Подружка Никиты – та ещё оторва, настоящая «пацанка». Если расспросить милиционеров, задерживавших её, они расскажут о её художествах. Протоколы не составлялись, так как имя её – Татьяна Кондаурова. Девушку вызволяли «друзья семьи». Морозко бравировал своей связью, хвастался, что «работает от офиса», видимо, поэтому его выпускали, когда он попадался один, без подружки.