Читаем Лживый век полностью

Евреем движет ненависть к окружающей действительности, в которой ему нет достойного места, но он вынужден всячески угождать «сильным мира сего»: даже будучи выпущенным из тесного гетто еврей продолжает чувствовать себя взаперти. Ему буквально не хватает воздуха, потому что львиную долю этого воздуха забирают те, кто поклоняется чуждым святыням и придерживается чуждых ценностей. Чтобы «быть», а не оказаться бесследно растворенным в сутолоке городской жизни, нано-житель просто вынужден «активничать», и потому всюду, где только может, развешивает свои тайные знаки, подтверждающие его наличие в этом противном мире; знаки адресованы для «своих» и понятные только «своим». Да, он — двуязычен, двуличен, двойственен, неуживчив, но все эти свойства приобретены им за века прозябания на чужбинах. Он ищет и находит «своих», чтобы вместе бороться за правду своего маленького мирка.

Вот почему евреи спешат собраться под знамена «интернационала». Будучи подданными разных монархий или гражданами разных демократических государств, они искренни в своей солидарности и в своем противостоянии всему греко-христианскому миру, который, по их мнению, давно «прогнил». Они выступают как тираноборцы, но их главный враг — это Назарянин, считавший их бога дьяволом. Они горячо выступают против угнетения малых народов великими нациями, против привилегий аристократов, против различных форм эксплуатации, но втайне мечтают о мессианской роли еврейского народа, который увенчает собой правильно устроенное общество. Маркс для них гениален потому, что нащупал путь, по которому они войдут в светлое будущее в качестве победителей и триумфаторов.

Некоторых европейцев коммунистический интернационал привлекал к себе как раз вследствие того, что создатель и идеолог этой весьма радикально настроенной организации являлся евреем. Сочувствующие марксизму европейцы полагали, что реализация теории правильного распределения прибавочного продукта позволит создать подлинно справедливое общество. Ведь христианство первоначально также было нацелено на создание эгалитарного общества, свободного от «шкурного» интереса, но братские отношения оказались непрочными из-за возникшего деления на знатных и простолюдинов, на богатых и бедных. В итоге, любовь к ближнему, провозглашенная христианской церковью, неудержимо сменилась повсеместной враждебностью. Деградация христианской морали и угасание религиозного чувства у европейцев вполне закономерно возвышало в их глазах марксизм в качестве нового руководства для обустройства грядущего общества.

Одним из серьезнейших заблуждений европейцев являлось их убежденность в том, что еврей Маркс шел на смену еврею Христу, т. е. выступал в их глазах объектом замещения меркнущего религиозно-этического идеала. Если Назарянин был мучеником, то создатель интернационала выглядел энергичным вождем, защитником всех «униженных и оскорбленных». В связи с этим распространенным заблуждением не будет лишним привести историческую справку.

Две тысячи лет тому назад евреи жили в Иудее — крохотной области, заселенной людьми, исповедующими иудаизм и ведущими свое происхождением от «колен Израилевых». Иерусалим являлся столицей той области. Долгое время Иудея входила в состав империи Александра Великого, но после распада империи, обрела независимость и сразу же (эпоха правления Маккавеев) стала проводить экспансионистскую политику, приобщив к своим владениям Галилею, Идумею, Перею. Население оккупированных территорий незамедлительно подвергалось приобщению к иудаизму — неукоснительному следованию предписаниям Торы. В захваченных городах возводились синагоги, приезжали из Иерусалима раввины, чтобы вразумлять тамошних жителей и следить, как подневольные люди соблюдают требования «закона». Рожденных младенцев, конечно же, нарекали иудейскими именами.