Читаем Лживые боги полностью

— Леди Вивар, — произнес Воитель, и Петронелле пришлось напрячь все душевные силы, чтобы снова обрести голос.

— Да… мой господин, — пролепетала она.

В комнате царил беспорядок, и Воитель наверняка заметит это. Петронелла сделала себе мысленную заметку наказать горничную за пренебрежение своими обязанностями.

— Я… я не ожидала…

Хорус поднял руку, прерывая поток ее извинений, и Петронелла умолкла.

— Я признаю, что долгое время был к вам невнимателен, — сказал Воитель. — Вы были посвящены в мои самые сокровенные мысли, а я позволил войне против технократии завладеть моим вниманием.

— Мой господин, я никогда не мечтала соперничать с военными проблемами.

— Значит, это сюрприз, — усмехнулся Хорус. — Как продвигается ваша работа?

— Прекрасно, мой господин, — ответила Петронелла. — С момента нашей последней встречи я многое успела записать.

— Могу я посмотреть? — спросил Хорус.

— Конечно! — обрадовалась она проявленному интересу.

Она с трудом заставила себя пройти, а не побежать в кабинет, чтобы показать стопку исписанной бумаги, сложенную на секретере.

— Здесь не мешало бы навести порядок, но все, что я написала, сложено в этой стопке, — сказала Петронелла, сияя от радости. — Для меня было бы огромной честью услышать ваши замечания. В конце концов, вы ведь более компетентны, не так ли?

— Верно, — согласился Хорус.

Он прошел вслед за ней в кабинет и взял рукопись. Он быстро пробегал взглядом страницы, улавливая смысл быстрее, чем был способен любой из смертных.

Петронелла вглядывалась в лицо примарха в ожидании любой реакции на свои труды, но оно оставалось непроницаемым. Петронелла начала опасаться, что Воитель разочарован.

Наконец он положил бумаги обратно на секретер.

— Все это очень хорошо. У вас настоящий талант летописца.

— Благодарю вас, мой господин, — выдохнула Петронелла, и от его похвалы кровь прилила к лицу.

— Да, — сдержанно добавил Хорус, — почти жаль, что никто этого не прочитает.

Маггард протянул руку, крепко схватил Каркази за ворот одежды и развернул, зажав локтем горло. Игнаций забился в сильных руках, но все его усилия были напрасны. Хватка тренированного воина была железной.

— Пожалуйста! — задыхаясь, молил он пронзительным от страха голосом. — Пожалуйста, не надо!

Маггард ничего не ответил, но Каркази услышал шуршание кожи, когда воин свободной рукой расстегнул кобуру. Поэт отчаянно забился, но крепкая рука Маггарда так сдавила шею, что в глазах потемнело и он стал задыхаться.

От ужаса у него потекли слезы, а время как будто замедлилось. Он услышал шорох вынимаемого из кобуры пистолета, потом вздрогнул от щелчка, когда Маггард взвел курок.

Каркази прокусил язык, в уголках губ появилась кровавая пена. Лицо стало мокрым от слез и соплей. Он забил ногами по полу, и бумаги разлетелись в разные стороны.

Холодная сталь прикоснулась к шее, в подбородок уперся ствол пистолета Маггарда.

Каркази ощутил запах оружейного масла.

Он хотел…

Резкий звук пистолетного выстрела оглушительным эхом прокатился по тесной комнате.

В первый момент Петронелла не поняла, что имеет в виду Воитель. Почему люди не смогут прочитать ее работу? Но затем она заметила в его глазах холодный безжалостный блеск.

— М-милорд, кажется, я вас неправильно поняла, — с запинкой произнесла она.

— Вы все поняли правильно.

— Нет, — прошептала Петронелла и попятилась. Воитель направился к ней неторопливыми, размеренными шагами.

— Когда мы беседовали в апотекарионе, я позволил вам, леди Вивар, заглянуть в шкатулку Пандоры, о чем теперь искренне сожалею. Только одно существо может знать все, что творится в моей голове, и это существо — я сам. То, что я видел, что я сделал и что намерен сделать…

— Пожалуйста, мой господин, — молила Петронелла, отступая из кабинета в приемную. — Если вам не понравилось то, что я написала, так все можно переработать, отредактировать. Я во всем буду придерживаться вашего мнения.

Хорус покачал головой. С каждым шагом он подходил к ней все ближе.

Петронелла почувствовала, что ее глаза наполнились слезами. Она все еще не верила в происходящее. Воитель не стал бы ее запугивать. Наверно, это какая-то злая шутка. Мысль о том, что Астартес посмел ее разыгрывать, ужалила раненую гордость Петронеллы, и та часть ее натуры, которая заставила огрызнуться на Воителя при первой их встрече, дала о себе знать.

— Я палатина мажорна из Дома Карпинус и требую к себе должного уважения! — воскликнула она и гордо выпрямилась перед Воителем. — Я не позволю себя запугивать подобным образом.

— Я и не пытаюсь вас запугать, — сказал Воитель, протянул руки и положил ей на плечи.

— Не пытаетесь? — со вздохом облегчения переспросила Петронелла.

Ну, конечно, все нормально, произошла какая-то нелепая ошибка…

— Нет, — сказал Хорус, и его руки подвинулись ближе к ее горлу. — Я просто разъясняю.

Ее шея сломалась от легкого движения его пальцев.