Оба понимали, что никто никому не угрожает и что подобные важнейшие вопросы надо решать не с лиха, а миром и уважением. Кроме этого, надо отметить, что время примиряет, и злобные выпады по отношению к Лыкову со стороны местных жителей и воинственно настроенных чиновников от власти к этому времени постепенно улеглись. Молоков посоветовал не искать больше другого места жительства и добавил, что если уйдут, то все равно найдут, и вот тогда могут быть серьезные неприятности. Провели вместе несколько часов. Расставаясь, Карп Осипович дал Молокову несколько хариусов для ухи, а Данила Макарович в свою очередь поделился солью. Попрощавшись, они разошлись, не ведая, что на этом свете им уже свидеться не суждено. Все это Молоков рассказал, когда вернулся с дежурства на Абаканском кордоне уже не существующего заповедника.

И вот сейчас самое время сказать, что с 1951 года Лыковы остались без всякого внимания. О них думать было некому. Научные сотрудники разъехались, местным жителям было не до них, да и никто не проявлял никакой прыти, своих забот — хоть отбавляй. Местным властям и подавно Лыковы были не нужны.

Место, где они жили, — это территория Красноярского края, а там мало кто знал, что где-то кто-то живет, а если и доходили какие-либо слухи о «лесных людях», то воспринимались они как красивая легенда. Тем более что Лыковы никому никакого зла никогда не делали, никому не мешали, не лезли в чужую жизнь и ничего ни с кого не требовали. Во вновь созданный заповедник, как я уже писал, Абаканский участок и в этот раз не вошел, и Лыковы теперь уже окончательно стали «ничьи», и о них постепенно стали забывать.

Работа в туризме. Поход группы Штюрмера в верховья Бол. Абакана. Встреча с Лыковыми

Спустя два года автора этих строк как знающего озеро и Горный Алтай в целом пригласили на работу на туристскую базу на Телецком озере, где пришлось много лет возглавлять инструкторскую службу горнопешеходного и водного туризма. Это были годы, когда полным ходом развивался, как тогда официально говорили, советский массовый туризм, а Алтай с его чарующей красотой, как всегда, был заманчивой целью для любителей побывать в далеких диких краях и совершить путешествие в окружении живой природы. Словом, на Алтай в послевоенные годы буквально хлынул поток туристов. Здесь были разработаны и открыты туристские маршруты различных категорий сложности, доступные для людей разного возраста и разной физической подготовки. Маршруты охватывали наиболее интересные места Горного Алтая и давали полное представление об этом удивительном районе России. Интересные не только с точки зрения необыкновенной красоты, но и с точки зрения истории, географии, растительности, освоения, заселения и т. д. Заканчивая путешествие по Алтаю, туристы, уезжая домой, уверяли, что подобные места духовно обогащают каждого, кто побывал здесь. И это действительно так.

Понимали ли все это наши предки, уходящие из России в Сибирь, на Алтай, в поисках благодатных мест? Понимали. Конечно, не так, как мы, но не меньше чем мы, если не больше. И выбирали для жительства места не только удобные для ведения разностороннего хозяйства, но и привлекательные с точки зрения красоты и, как они говорили, «баские места», т. е. красивые.

Помню, как однажды, ночуя в тайге на берегу Абакана, разговаривая в спокойной обстановке у костра о переселении в таежную глухомань, один из староверов сказал, говоря о красоте этих мест:

— Благодать-то кака, душу радует и жить-то легче. Как еще можно сказать лучше? Вот вам и понятие истинных русских крестьян о духовности и любви к природе. Кроме так называемых плановых туристов, Алтай посещали сотни самодеятельных групп из многих городов Союза. В основном это были студенческие группы, хорошо подготовленные, с разработанными и документально оформленными маршрутами, утвержденными квалификационными комиссиями своих клубов. Основная масса таких групп прибывала из Москвы, Ленинграда, Киева, Барнаула, Новосибирска и других городов, где действовали клубы туристов и была хорошо поставлена организационная подготовка. Большинство групп, проходящих по району Телецкого озера, заходило на турбазу с целью сделать отметку в маршрутных документах и получить консультацию, если таковая требовалась. Поэтому руководство турбазы знало о передвижении многих групп, знали, когда ушли и как будет проходить маршрут данной группы.

Эти группы исколесили Горный Алтай вдоль и поперек. Много групп уходило в Западные Саяны и, перевалив Абаканский хребет, спускалось вниз по реке Абакан. Но верховья этой реки всегда оставались в стороне. Этот сложный труднодоступный участок посещали крайне редко, а вот на турбазу, получать консультацию, заходили многие из них.